ReasonMusic.ru - Создание музыки в Reason

Вход | Регистрация

Очистить Cookie · Опции фильтрации
Показывать ::

Суббота, 15 декабря 2018 г.

Главное меню ::

Новости

  ▪ Главная

  ▪ Архив новостей

Материалы

  ▪ Статьи

  ▪ Reason FAQ

Songs List

  ▪ Список категорий

  ▪ Новинки

  ▪ Конкурсы

  ▪ Победители

  ▪ Радио RM

  ▪ TOP 10

  ▪ Золото RM

  ▪ Правила

Рефиллы и патчи

  ▪ Список файлов

  ▪ Загрузить файл

Файлы

  ▪ Список категорий

  ▪ Программы

  ▪ Демо-версии

  ▪ Утилиты

  ▪ Русификации

  ▪ Документации

  ▪ Скринсейверы

Общение

  ▪ Правила

  ▪ Форум

  ▪ Пользователи

  ▪ Опросы

  ▪ Обратная связь

 

Вход ::

Логин:

Пароль:

Запомнить меня

Забыли пароль?
Регистрация

 

Кто активен ::

Сейчас на сайте посетителей Online: 17

Участников: 0
Гостей: 17

далее...

 

Наши друзья ::

#Reasonsound VK

BrimstoneRecords Label

 

Статистика ::

Rambler's Top100

 

Форум - ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)


Страница: « 1 ... 5 6 7 8 9 10 » Новая тема Ответить
Автор Сообщение

AquaDark

Мастер




Отправить личное сообщение для AquaDark

Сообщений: 3112

Комментариев: 287

Оценок: 29

Треков: 31

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 05/12/09 19:36 »

Free As A Bird


_________________
В теории нет никакой разницы между теорией и практикой. Но на практике она есть.

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 01/01/10 12:15 »

НАПРАВЛЕНИЕ ГЛАВНОГО УДАРА

Источник: «Ровесник»
Автор: С. Кастальский
Дата: ориентировочно 1988-89 годы.

Пятнадцать лет назад, в октябре 1972 года, американская группа «Криденс клиэруотер ривайвл» объявила о своем распаде: битва с фирмой грамзаписи «Фэнтэзи рекордз» была проиграна. А ведь первая пластинка группы, вышедшая в 1968 году, наделала столько шума, что, казалось, блестящее будущее гарантировано. Оно и оказалось блестящим – для песен, но не для музыкантов…



Считается, что именно «Криденс клиэруотер ривайвл» создали кантри-рок, а ее лидер, Джон Фогерти - композитор, поэт, вокалист, гитарист, - был в конце шестидесятых более популярен в Америке, чем любой из «Битлз». Пять лет крутились шестеренки механизма, который вывел фирму «Фэнтэзи рекордз» на интернациональный рынок. В кассу «Фэнтэзи» текли миллионы, а музыканты «Криденс», которые добывали их – они были в тот период единственными клиентами фирмы, – бедствовали в буквальном смысле слова.
Договор между «Фэнтэзи рекордс» и группой «Криденс клиэруотер ривайвл» был составлен на таких условиях, что пресса окрестила музыкантов «индустриальными рабами от рок-музыки». Мыслимое ли дело, чтобы авторы зарабатывали меньше, чем обслуживающий персонал фирмы грамзаписи? Как такое могло произойти?
Когда неопытные музыканты пришли к президенту «Фэнтэзи» и предложили ему послушать свои песни, тот вначале отказался. Какие песни, фирма не просуществовала и двух лет, а дело идет к банкротству – до песен ли! Но его уговорили. Услышав первые аккорды, Соул Зенц (запомните это имя: если вам захочется кого-нибудь крепко обидеть, обвинив в акульей жадности, можете бросить в лицо «Соул Зенц!») понял – это тот самый случай, про который говорят, что бывает он только раз в жизни. За бесхитростными песнями четырех парней в сознании Зенца отчетливо маячило удобное директорское кресло, неслись вереницы серебристых авто, рвались ввысь фешенебельные отели – все для него, Соула Зенца, в то время почти банкрота.
Тут же был составлен контракт, который особо оговаривал, что музыканты. во-первых, отказываются от авторских прав на все будущие произведения в пользу фирмы, а, во-вторых, обязуются не предъявлять фирме финансовых претензий.
И они это подписали! Музыкантам бросили кость в виде единовременной ссуды в размере трех тысяч долларов, которые показались им сказочным богатством, но предупредили, что ссуда будет удержана из будущих гонораров. Но в то время этот вопрос их мало волновал: ну при чем здесь деньги, когда настоящая фирма заключила с ними настоящий контракт! А будущее? Конечно же, будет блистательным!
С интервалом в несколько месяцев «Криденс» записывают две пластинки, альбом «Болотная страна» становится американским бестселлером, а песня «Гора Мэри» взлетает на вершину хит-парадов США и Англии.
И музыкальные критики, и поклонники рок-н-ролла по обе стороны Атлантики встретили новую группу очень тепло: динамичная, живая музыка с резким акцентом на кантри понравилась практически всем слушателям, от «сердитых» молодых людей до их родителей. В песнях рассказывалось о жизни простых людей американского Юга, об их заботах и проблемах, а поскольку эти проблемы мало чем отличались от тех, которые беспокоили людей в Европе, то «Криденс» встретили с распростертыми объятиями даже в Италии, куда до тех пор англоязычная музыка проникала под огромным сопротивлением.
Коммерческий успех идет по следам популярности, и Соул Зенц уже прикидывал, какие прибыли принесут ему эти блаженные через несколько лет. Группа выпускала пластинку за пластинкой, совершала изнурительные гастрольные поездки, во время которых за нею следовал почетный эскорт поклонников – это ли не слава! – а долги продолжали расти.
Раз в месяц наезжал Зенц (каждый раз в новом лимузине) и, как добрый дядюшка выдает приживалам-племянникам на карманные расходы, отсчитывал музыкантам по сто долларов и уезжал, проклиная себя за неумеренную щедрость.
Фогерти попытался взбунтоваться – в конце концов, найдутся и другие желающие записывать его песни на виниле! Как же он заблуждался! Контракт заключен на семь лет с правом продления или расторжения по усмотрению фирмы, к тому же «Фэнтэзи рекордс» принадлежали авторские права на все песни. И даже если бы Фогерти и сумел найти смельчака, согласившегося записывать группу, то этот отважный самоубийца вынужден был бы пойти на такие расходы по выплате неустоек, что вся его смелость мгновенно бы испарилась.



Группа продолжала работать. Несмотря на подавленное состояние, «Криденс» выпустили свои самые лучшие пластинки – «Маленький заводик «Космо» («Космо» - прозвище барабанщика Клиффорда. – Прим. авт.) и «Маятник». Фогерти решил последний раз попытаться объясниться с Зенцем, но тот не уступил ни цента. Был только один выход, но он означал крушение всех надежд: контракт можно было расторгнуть еще и в случае распада группы… И тут выяснилось, что «Фэнтэзи рекордс» в одностороннем порядке продляет контракт еще на тридцать лет! Это был последний удар!
Джон Фогерти тяжело переживал распад «Криденс», но вечные долги заставили его вновь сесть за нотную бумагу – в 1972 и в 1975 годах он выпустил два сольных альбома и наконец расплатился с кредиторами. Он был свободен и так же не обременен богатством, как и десять лет назад.



Таково длинное предисловие к самому главному: как и зачем Фогерти вернулся в музыку.
Несколько лет Джон Фогерти не мог оправиться от полученного удара, по его словам, он совершенно пал духом. В таком состоянии о творчестве не могло быть и речи, и он уступил поле битвы более молодым. На себе Фогерти поставил крест, а то, что происходило вокруг, напоминало ему кадры из фильма ужасов: «Впервые за долгие годы я наконец серьезно задумался и вдруг понял – правда, мысль не бог весть какая новая, - что пока одни восторженно носятся со всей этой музыкой, другие проворачивают под эту музыку грязные дела!»
И он решил вернуться, чтобы дать свой бой.
В начале 1985 года музыкальные издания Англии и США взорвались восторженными статьями: «Старина Фогерти после десятилетнего отсутствия вновь завоевал мир!» («Виллидж войс», США), «Этому парню не занимать таланта и мужества – такого пинка шоу-индустрия еще не получала!» («Нью мюзикл экспресс», Великобритания), «Кажется, так просто – после десяти лет молчания первая же пластинка становится международным бестселлером, но что за этим стоит?» («Роллинг стоун», США). И т.д., и т.п. Что произошло? Ничего особенного с точки зрения Фогерти, просто он выпустил третий сольный альбом «Направление главного удара».



И этот удар был хорошо рассчитан.
Музыка этой пластинки в лучших традициях «Криденс клиэруотер ривайвл». Две центральные композиции называются «Доброму дядюшке не до шуток» и «Мистер скряга» - Фогерти в ироничной форме поведал о событиях, которые происходили в кулуарах «Фэнтэзи» и которые, как он убежден, произойдут еще не раз за кулисами других фирм «империи развлечений». Слова «Здесь убивают юность и мечты» из «Доброго дядюшки» можно выбить в камне над входом в любую фирму грамзаписи, считает Фогерти.
Соул Зенц обиделся и вчинил Фогерти иск «за оскорбление личности». Суд отказался рассматривать жалобу, мотивировав решение тем, что имя и фамилия Зенца не фигурируют ни в одной песне, поэтому «факта оскорбления личности суд не усматривает». Президент «Фэнтэзи рекордс» грозил страшными карами, на что Фогерти заметил: «Посыпьте эту личность долларами, а потом плюйте в нее сколько хотите – она будет только утираться и благодарить вас».
Итак, дело сделано, враг повержен: с Зенцем перестали сотрудничать щепетильные бизнесмены, а приятели при встрече предпочитают перейти на сторону улицы. Казалось, можно перевести дух и работать спокойно, закрепляя успех, поскольку у жесткого кантри-рока, каким славились «Криденс», еще много поклонников. Но Фогерти не устраивала репутация истощившегося таланта, не способного на новые идеи.
Мысль о том, что в песне можно говорить не только о муках безответной любви и «бессмертном рок-н-ролле», не принадлежит Фогерти: социальные и политические проблемы волнуют многих исполнителей. Собственно говоря, первый крик, который издала рок-музыка в колыбели, был криком протеста. Так что протестующие рок-музыканты уже никого не удивляют, более того, публика иногда сердится: сколько можно об одном и том же? Права человека, войны, войны, бесконечные войны, наркотики, апартеид, опять безработица – об этом поют все, от мадонны до «Дайр стрейтс» - и какой результат? Что, безработица уменьшилась или ЮАР поняли: апартеид – это нехорошо? Ничего подобного, торговцы наркотиками процветают, безработица растет, локальные войны становятся более ожесточенными. Фогерти как-то сказал, что не обольщается относительно истинных возможностей рок-музыки: как средство развлечения, эдакий «веселящий газ» - да, а вот что касается ее социально-политического значения, то вопрос весьма спорный. Если… не называть вещи своими именами. Стоит указать на истинного виновника пальцем, и ему будет не по себе, а это уже кое-что. Так считает Фогерти.
Фогерти не политик, просто он честный американец, которому небезразлична судьба своей страны (слова, правда, тоже избитые: честный, небезразличный – мы, наверное, слишком часто произносим их где надо, а главное - где не надо).
Итак, пластинка 1986 года «Взгляд Зомби».



И сейчас самое время поговорить немного об экспериментах Фогерти с музыкальными стилями. Задумав тематическую пластинку, Джон решил, что старое средство – кантри-рок – вряд ли поможет ему раскрыть выношенную идею. А поскольку он задумал не что-нибудь, а ретроспективную картину нашего двадцатого века со всеми его болячками и язвами, то требовались новые средства, которые объединили бы в единое целое музыку и слова.
И Фогерти смело пошел на смешение стилей, существующих в современной рок-музыке. В группу, которую неофициально окрестили «Джон Фогерти бэнд», вошли довольно известные музыканты (они помогали ему записывать и «Направление главного удара»), имевшие надежный кусок хлеба в студии фирмы грамзаписи «Уорнер бразерз»: Джон Робинсон, ударные (он единственный из всех играл до этого в постоянной группе «Руфус»); Нейл Стабенхауз, бас; Алан Паскуа, клавишные; Марти Уолш, гитара, и сам Фогерти, гитара и вокал. Еще четыре вокалиста были приглашены для записи партий второго голоса.
В сентябре прошлого года без громкой рекламы и пробных «сорокопяток» пластинка Джона Фогерти «Взгляд Зомби» появилась на прилавках магазинов. А через неделю она уже возглавила хит-парады в Европе и США.
Фогерти очень умело «скрестил» такие полярные стили, как хэви метал и реггей, джаз-рок и кантри, рок-н-ролл и фьюжн. Эффект получился поразительный. Холодная динамика «металла» органично переплетена с пульсирующим реггей и хрипатым, веселым кантри – энергия музыки прорывает рамки стилей и переводит сложные музыкальные темы в совершенно иные, непривычные ракурсы.
Заглавная песня, «Взгляд Зомби», посвящена злободневному и острому вопросу современной Америки – борьбе с преступностью и терроризмом, это конкретная программа концертных действий, которые, как считает автор, должны дать результаты. В песне «Сода-поп» Фогерти вновь возвращается к теме «алчных фирм грамзаписи», но на этот раз он раскрывает ее шире, рассматривая не частный случай, как в «Направлении главного удара», а общие тенденции, свойственные современной фабрике по изготовлению «звезд с растоптанным человеческим достоинством».
Композиция «Заголовки» разносит американские средства массовой информации, их практику тенденциозной подачи новостей: «Нас каждый день бомбардируют ужасами и травят страхом – это действительно страшно, но перед телевизорами уже сидят человеческие оболочки с иссушенными мозгами и опустошенными душами – это не менее страшно!» «заголовки», пожалуй, единственная на пластинке композиция, в которой четко прослеживается музыкальный стиль: хэви метал-рок. Но какой!
«Прибыльное насилие» - о международных торговцах оружием. Беспощадные, кипящие гневом строки этой песни бьют по конкретным лицам: Майкл Гордон, Грэм Ротшильд – Фогерти обошелся без аллегорий и открыто называет людей, чья тень стоит за каждой жертвой международного терроризма. Уже после того, как «Взгляд Зомби» появился в продаже, Фогерти в интервью «Мелоди мейкер»: «Художник не имеет права растрачивать свой талант на пустяки, в конце концов, мы живет в такое время, когда создание песенок о любви граничит с преступлением».


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 18/01/10 15:58 »

ЛЮБОВЬ И «СКОРПИОНЫ»

Источник: «Ровесник»
Автор: С. Кастальский
Дата: 1988 год


ПЯТЬ ЧАСОВ ДО КОНЦЕРТА
И в этот миг из коридора послышался топот, как будто туда ворвалось стадо слонов. Шаги подкатились к двери, и она взорвалась толстым мальчишкой в майке с надписью «Айрон мэйден». Он и здесь продолжал топать, переминаясь на своих шумных ногах. Убедившись, что его появление не осталось незамеченным, толстяк сделал жалобное лицо и принялся что-то канючить по-немецки. Рудольф Шенкер строго посмотрел на гудящего и сказал: «Здесь не все знают немецкий, так что изволь говорить по-английски». Это неожиданное требование выключило шумовое устройство, малый затих и всей своей кругленькой фигурой попытался изобразить немыслимое страдание, но, наткнувшись на неумолимый взгляд Шенкера, понял, что отвертеться не удастся, снова несколько раз пнул пятками пол и с жутким акцентом выдавил: «Папа, можно я пойду погуляю?» - «Ну, наконец-то. Уйди с глаз долой! Чтоб до концерта я тебя не видел!» Через секунду слоны мчались по коридору в обратном направлении.
«Сын!» - с гордостью произнес Рудольф. Потом сокрушенно пожал шипованными плечами и мрачно добавил: - Ему бы, балбесу, учиться, а на уме только «Айрон мэйден», «Айрон мэйден»!»


КОНЦЕРТ
Во время концерта стало понятно, что Шенкер-младший поехал с отцом не напрасно, его мастерство было не менее необходимо «Скорпионс», чем мастерство музыкантов: публика ленинградского спортивно-концертного комплекса демонстрировала свою любовь к музыке, щедро расстреливая группу горящими «бенгальскими огнями». Огненные роднички били из сцены, и Шенкер-младший, вооруженный мокрым полотенцем, бросался на них из-за кулис словно огромный кот на раскаленных мышей. Когда вся сцена оказывалась засыпанной останками бенгальского веселья, оператор на пульте приглушал свет, и маленький Шенкер с маленькой метелкой носился между музыкантами, в считанные секунды сгребая с пола проволочные трупики. Это была серьезная и нужная работа.
Когда в Москве гастролировали «Юрайя Хип», возникла проблема контакта группы с публикой: вопреки всем просьбам музыкантов и представителей Госконцерта, вопреки призывам прессы руководство спорткомплекса «Олимпийский» не уступило, и 30-метровая зона между сценой и первыми рядами партера оставалась зоной отчуждения: публику туда не пускали. В Ленинграде эту проблему решили в пользу зрителей. Но, как выяснилось, не в пользу «Скорпионс»: позже менеджер группы сказал, что для него остается загадкой, каким образом музыканты не получили увечья. Здесь, в Ленинграде, доступ к сцене был беспрепятственным. Трудно сказать, сколько сотен втиснули себя в «зону», но метальщиков «бенгальских огней» среди них было предостаточно. Когда где-нибудь в Англии или в ФРГ на концерте популярной группы зрители зажигают свечи или все те же «бенгальские огни», это считается символом уважения к музыкантам и к музыке. В Ленинграде же огненный шквал, обрушившийся на одну из самых почитаемых в Советском Союзе групп, стал символом, уж извините, бескультурья. Интересно, думали ли «огнеметатели», когда вершили свой «подвиг», о том, какой козырь дают они любителям запретов?! Между прочим, в Москве гастроли «Скорпионс» отменили… Неужто предусмотрительность была оправданной?

ПЯТЬ ЧАСОВ ДО КОНЦЕРТА
Тридцать девять лет: мужчина в этом возрасте еще не старик, но уже и не юноша, через год – сорок, а там, глядишь, и пятьдесят, а далее – седина, внуки, плешь, лекарства, опять лекарства, туда лучше не заглядывать. Рок-музыка 80-х заметно омолодилась, но погоду все-таки делают те, кто начинали в конце 60-х – начале 70-х, и им сейчас как раз к сорока или чуть больше. «Скорпионс» тоже начинали на том рубеже, правда, погоду они стали делать только десять лет спустя, но у каждого свой срок. Не столь важно – когда, чуть более важно – как, но сейчас «Скорпионс» знают во всем мире и даже в США, а это для рок-музыкантов показатель, особенно для рок-музыкантов из неанглоговорящих стран. Почему? Потому, что статус рок-группы определяется ее международной популярностью, успех на родине критерием не является: группу должны признать в двух столицах рок-музыки, в Лондоне и Нью-Йорке. Только после этого группа может претендовать на выступления в качестве «гвоздя программы».
Тридцать девять лет – возраст творческого расцвета музыканта, так считает Клаус Майне.



Ему тридцать девять.
Клаус Майне невысок. Его даже можно было бы назвать маленьким, если бы не какая-то звериная грация. Клаус входит в комнату, здоровается, лавирует между креслами, усаживается, и каждое движение необыкновенно уместно, пластично, в каждом движении чувство собственного достоинства и естественность. Сравнение нелепое, но так же естественно ведет себя хищник в клетке, которая выставлена на всеобщее обозрение.
У него очень грустные карие глаза, он смеется, шутит, сам задает вопросы, но кажется, будто что-то его постоянно тревожит. Когда в рок-прессе появляются фотографии звезд, поклонники начинают беспокоиться, что, в общем-то, вполне понятно: угрюмые физиономии «битлов» в конце 1969 года, скорбный лик Оззи Осборна второй половины 70-х, как мы теперь знаем, свидетельствовали о приближавшемся кризисе. Может, печаль Клауса Майне – признак того, что и со «Скорпионами» не все в порядке?
«У «Скорпионс» действительно был трудный период – нет, нет, мы не собирались расходиться, просто пластинка 1984 года получилась, пожалуй, самой сильной, а это означало, что следующий альбом обязан быть еще лучше. Мы отправились в кругосветное турне, из которого привезли концертный двойник, он вышел в 1985 году. (Поскольку именно я переводил нашумевшую статью Т. Холмса в №8 «Ровесника» за 1986 год, в которой Холмс изрядно «погромил» этот альбом, было интересно узнать мнения музыкантов относительно критики: как сказал Клаус, группа вполне согласна с мнением рецензента, хотя «читать такое про себя – занятие не из самых приятных». – Авт.)
Но из того турне мы привезли и несколько новых песен, они легли в основу пластинки этого года. Иногда записи проходят на одном дыхании, но наш новый диск рождался очень тяжело, почти три года проб и ошибок, записей и перезаписей.
Проблемы? Они всегда есть, и это хорошо. Нет проблем – значит, нет и творчества. Если группа или музыкант каждый раз не ставят перед собой новых задач, если благополучное существование гарантировано прошлыми заслугами, вот тогда и наступает кризис, выйти из которого удается далеко не всем.
Рубежей у «Скорпионс» было предостаточно. Мы никогда не испытывали недостатка в музыкальном материале, мелодические решения всегда были более или менее естественными, но начинали мы очень трудно, мы вели настоящую борьбу за существование. В 1972 году, когда «Скорпионс» только образовывались, нам порой приходилось решать невероятно сложные финансовые вопросы типа «купить сигарет или заправить машину, чтобы отправиться на концерт»: на то и на другое одновременно нам не хватало денег. Пришлось бросить курить.



К середине 70-х мы были уже популярной группой, но только дома, в Западной Германии. Когда приезжали английские или американские знаменитости, о нас тут же забывали, в лучшем случае нам доверяли получасовое выступление для «раскачки» публики. Мы «подогревали» зал перед концертами «Аэросмит» и «Кисс», и учились у этих групп.
Потом мы осмелились на гастроли по США, и вот это был рубеж: группу из Англии американцы еще кое-как воспринимают, но концерт западногерманского ансамбля! Да неужели и там есть рок-музыка? И поют по-английски, невероятно! всякий раз, выходя на сцену, мы доказывали той публике (и самим себе, кстати), что рок – явление интернациональное. Правда, с одной оговоркой: чтобы стать частью этого явления, группа не только должна хорошо играть и сочинять хорошую музыку: она еще должна исполнять свои песни по-английски. Только по-английски, альтернативы нет: у рок-музыки есть вполне определенные традиции, они складывались десятилетиями, существуют законы жанра, связанные в том числе и с фонетической структурой языка. Дело не в пренебрежении родным языком – ну не «ложится» немецкий на рок, что с этим поделаешь?»


КОНЦЕРТ



«Я люблю вас, ленинградцы!» - по-английски кричит Клаус Майне, уворачиваясь от кусочков горящего металла, которыми в него швыряют благодарные ленинградцы.
«Я люблю тебя, поверь в последний раз», - начинают «Скорпионс» свою самую знаменитую песню, и останавливаются, потому что рев зала с запасом перекрывает многокиловаттные колонки.
«Я все еще люблю тебя!» - поет гитара Рудольфа Шенкера. Бравые поклонники методично чиркают спичками, приправляя сценографию концерта дополнительными пиротехническими эффектами.
«Мне очень понравилась ленинградская публика», – скажет позже Рудольф. Он вежливый человек; также чувствуется хорошее воспитание.


ЧЕТЫРЕ ЧАСА ДО КОНЦЕРТА
«Мы не политическая группа, мы не поем песен протеста, наша задача – зарядить слушателей положительной энергией, энергией созидания». Таково мнение о «Скорпионс» Рудольфа Шенкера.



Ему, как и Клаусу Майне, тридцать девять, как и Клаус Майне, он бессменный член группы с 1972 года.
В нем добрых два метра, притом Рудольф Шенкер очень красив: идеальные правильные черты лица, живописная грива светлых волос, приветливый, но несколько жесткий взгляд светлых глаз – он совсем не похож на бесполых лакированных героев, толпящихся на страницах «Браво» и «Поп-фото», и, что в нем самое симпатичное, он не позер (хотя это было бы, в общем-то, достаточно естественным для человека с такой внешностью). Отвечая на вопросы, он горячится, жестикулирует, перебивает самого себя, вскакивает с места и кружит по комнате. Клаус Майне, прочно устроившийся в кресле, улыбается. Рудольф наклоняется к диктофону и быстро говорит: «Конечно, любовь, а что же еще?! Только любовь правит миром, и только любовь выводит «Скорпионс» на подмостки. Что противостоит любви? Война. А какой нормальный человек может равнодушно относиться к войне – человек ненавидит войну, это аксиома. Так зачем же еще об этом петь?! Петь надо о любви, чтобы люди учились любить друг друга. То, что в нашем репертуаре нет политических песен, не означает, что нам чужды человеческие проблемы – просто нам кажется, что решить их можно любовью. Песню «Я все еще люблю тебя» мы написали в 1976 году, а включили в пластинку только через восемь лет. Почему? Во-первых, она опередила свое время, в 1976-м ее вряд ли сочли лучшей песней года, она выпадала из стилистики того десятилетия, а, во-вторых, сейчас дефицит любви гораздо более острый, поэтому сейчас эта песня более уместна.
Какой я? Что значит какой? А, добрый или злой, смелый или плут…
В зависимости от обстоятельств, каждый раз другой. Наверное, самый настоящий я только в студии, когда работаю. Концерт тоже моя работа, там я тоже настоящий. Я свою работу очень люблю».
«Помимо того, что мы ее любим, нашу работу, – подает голос Клаус Майне, - она сближает нас с людьми тех стран, куда мы приезжаем на гастроли. Сейчас много говорят о проблеме стереотипов. Здесь, в России, я почувствовал, что никакой проблемы-то и нет: просто надо почаще смотреть друг на друга, тогда понимаешь, что мы ничем друг от друга не отличаемся, все мы люди Земли, у нас общие опасения и надежды. Рудольф прав, мы не политическая группа, и мы не политики, но наши встречи, контакты благотворно действуют на политику, значит, «Скорпионс» выполняют еще и побочную функцию, которая ничуть не уступает основной: мы помогаем сближению людей. Мы уезжаем из России с любовью».
«Вот вам еще одно преимущество моей работы, - смеется Рудольф, - для того чтобы побывать в Советском Союзе, моя мама выложила кучу марок, а я приехал бесплатно!»


ТРИ ЧАСА ДО КОНЦЕРТА
Девушка-костюмер готовит экипировку для вечернего выступления. В коридоре изнывает от безделья один из команды по обеспечению безопасности группы: крепко сбитая фигура, короткая стрижка, в левом ухе серьга, в руке – миниатюрная рация, которая периодически бормочет по-английски только одну фразу: «Джек, я совсем запарился, сейчас бы «пепси»…» Джек посматривает на костюмершу: «У тебя есть «пепси»? Та проводит пятновыводителем по кожаным штанам и, не оборачиваясь, коротко отвечает: «Есть». Джек, достает свой носовой платок, вытирает лоб, аккуратно прячет платок в карман и сообщает невидимому коллеге: «Приходи». Никто не приходит, и через пару минут весь разговор повторяется. Потом еще раз. И еще. Потом Джек изучает замысловатую татуировку на своем запястье, нет, все нормально, пока не выцвела. Ему очень скучно. Когда Майкл – это, оказывается, был Майкл – в двадцатый раз осведомился о прохладительных напитках, Джек выключил рацию и пробормотал: «Вообще нет работы». Потом пришел роуд-менеджер и похвалил Джека (роуд-менеджер – менеджер, отвечающий за гастрольные поездки группы – прим. ред.). Потом роуд-менеджер ушел.
«Нравится ли мне музыка?» - оживился Джек. – А я ее не слушаю, то есть не замечаю. Я на работе. Здесь у вас для меня нет никакой работы. Скукотища. Вот, помню, в Штатах! Однажды на концерт пожаловали ребята из «Общества Джона Берча» (профашистская правая организация – прим.ред.), так мы с Майклом пятнадцать минут блокировали выход, пока музыканты не уехали. Мы вдвоем этим ублюдкам крепко наваляли!» Он снова включает рацию, и сидящий в ней Майкл говорит: «…совсем запарился…» Джек опускает жалующегося на жару Майкла в карман и закрывает глаза. Скучно.
В дверях появляются костюмерша и Рудольф Шенкер. Они торжественно несут майку. Рудольф спрашивает: «Что здесь написано?» На майке западногерманского производства огромными русскими буквами напечатано «Политику партии одобряем!». Чуть ниже надписи изображен рабочий со знаменем. Джек пробуждается и оглушительно чихает. «Отлично, - говорит Рудольф, - вот в ней я и буду играть вечером». Снова на минутку забегает роуд-менеджер, восхищается произведением текстильной промышленности, вручает Джеку банку «пепси», хвалит майку, Джека и «пепси» и снова исчезает. Из недр концертного комплекса доносятся аккорды: репетирует «Парк Горького», наша группа, «подогревающая» публику перед выступлением «Скорпионс».



«Между прочим, очень неплохая группа. – Клаус Майне отбрасывает волосы за спину и придвигается к диктофону. – Чтобы превратиться в звезд, им надо совсем немного: регулярные гастроли вместе с классными западными группами и поддержка прессы». Опять справедливо, но если с прессой проблем нет, то перспективы на гастроли, тем более регулярные, да еще с классными группами, пока кажутся иллюзорными. А вообще-то уже пора: если бы «Парк Горького» получил возможность выступать со «Скорпионс» на протяжении всего теперешнего турне, которое, как и в 1985 году, должно пройти через весь мир, то кто знает, может быть, группа смогла бы пригласить для открытия своих концертов, скажем, тех же «Чип трик»?
«Нам очень хорошо понятно положение советских групп, - продолжает Клаус. – Мы ведь тоже не из родоначальников рока, мы тоже преодолевали огромное сопротивление и даже неприязнь слушателей в Англии и США. Там понятия не имели о таких немецких группах, как «Кэн», «Тэнджерин дрим», «Крафтверк», «Кран» - грустно улыбается Клаус. Прямо не человек, а сфинкс какой-то! Что же его угнетает?
«Теперь Западная Германия занимает почетное место на карте рок-музыки, а новая волна немецкого «металла» обходит земной шар по второму кругу!» - кричит Рудольф. Он уже успел куда-то сбегать, вернулся, немного отдохнул, а сейчас гремит кованой концертной обувью в дальнем углу комнаты. Видимо, способность создавать собою шум у Шенкеров в крови. «А кто открыл дорогу «Аксепт», «Хеллоуин», «Раннинг уайлд»?! «Скорпионс»! Мы приняли весь удар на себя, не сломались и создали условия для творчества другим».
Это правда. Как бы мы не относились к музыке «Скорпионс», они были в числе первых западногерманских групп, прорвавшихся на всемирную эстраду и ставших международными знаменитостями. И если в области психоделического арт-рока приоритет «Тэенджерин дрим», «Кэн», «Кран», «Фрампи», Клауса Шульце можно оспаривать, то лидерство «Скорпионс» в мелодичном хард-роке несомненно. Очень часто их музыку называют коммерческой, но если считать коммерческой музыку с ярко выраженной мелодикой, то в эту категорию попадут и «Битлз», и «Пинк Флойд», и ранний «Генезис», и даже Карлос Сантана. Может быть, коммерческая – это все-таки музыка , в которой преобладает навязчивый ритм с заблудившейся в нем примитивной мелодией, то есть евробит, или, как его у нас называют, евродиско? Может быть, для создания композиций в жанре хард-рока все-таки прежде всего надо обладать талантом, а не умением программировать электронные ударные?


КОНЦЕРТ
Клаус Майне медленно поднимается на сцену. Луч прожектора освещает его фигуру снизу, и Клаус становится почти великаном. Огненные стрижи с шипением пропарывают воздух у него над головой. Рудольф тянется грифом к залу, из-под его пальцев срывается пронзительное соло: все быстрее и быстрее бегут пальцы, все выше и выше забирается по октавам голос Клауса, мягкая канонада бас-гитары накрывает притихший зал, и нежнейшая вязь барабанного пульса сливается с грозным клекотом ритм-гитары. «Бэд бойз раннинг уайлд» - «Парни разозлились»: переполненная энергией композиция, как тяжелая бабочка, порхает над слушателями, галопирует пришпоренный ритм, и из аранжировки выглядывает оскал трэш-метал.


ДВА ЧАСА ДО КОНЦЕРТА
Клаус Майне разглядывает «Ровесник» с очередным постером – это «Металлика». «Отличная группа, никакого сомнения, но.., - Клаус, как бы извиняясь, пожимает плечами, - это не моя музыка. Знаю, многим трэш- и спид-метал нравится, каждому свое, но лично я к этому стилю равнодушен. Любимая группа? «Лед Зеппелин».
Рудольф тоже любит «лед Зеппелин». Он считает, что это ориентир для многих групп: «А почему нет? Бездна таланта, какие мелодии, аранжировки! Их песни пережили саму группу, завидная судьба. И вообще, что бы все мы делали без «Битлз», «Холлиз», «Ярдбердз»? Старики знали свое дело, нам только остается учиться у них. Сколько? Всю жизнь. Потолка нет, как нет «королей» и нет трона – многие примеряют на себя корону, играют со скипетром, но это иллюзия, рядом другие делают тоже самое. Какой бы выдающейся ни была группа, каких бы высот она ни достигла, всегда есть более выдающиеся. Уважения достоин тот, кто идет дальше, выше».
По итогам читательского опроса журнала «Метал хаммер» за прошлый год и «Скорпионс», и все входящие в группу музыканты заняли места в символических «десятках»: «Скорпионс» - седьмое место, Клаус Майне – пятое, Рудольф Шенкер – седьмое, Герман Рэйрбелл (ударные) – третье, Фрэнсис Буххольц (бас) – шестое. Никуда не попал только второй гитарист, Матиас Джабс, но это по недоразумению: взаимозаменяемость гитар в группе поразительная, и те соло, которые извлекал из своего инструмента Джабс, вполне могли бы принадлежать и Рудольфу.
«Бывает ли так, что в душу поднимается муть, злоба? Конечно, - Рудольф улыбается, - я же живой человек. Но никогда эта злоба не попадает в зал, никогда мое дурное настроение не заденет слушателя – в конце концов, это не то сокровище, которым надо делиться с публикой. Я профессионал, и на работе обязан быть в безукоризненной форме. А поскольку моя работа – нести людям любовь, то я как-нибудь обойдусь без злобных мыслей».
«Хотел бы я быть богом? Нет, конечно, потому что это был бы уже не я, - Клаус задумчиво барабанит пальцами по столу. – Никаким богом – даже самым-самым, всевышним, который может все. Хотя вылечить людей от болезней, остановить войны было бы здорово, но это будет иметь смысл только тогда, когда сами люди захотят прекратить войны, ни один бог не сделает это за нас. И богом для своих слушателей я тоже быть не хочу. Идол, это ужасно! Пусть они знают, что я такой же, как они, если они захотят побороть лень, если они очень сильно захотят – они станут во много раз лучше меня!»


КОНЦЕРТ
Погас маленький фонарик, вставленный в басовый барабан, перестали вращаться сложные конструкции, зависшие над сценой. В последнем поклоне, навстречу снопам бенгальских искр склонились «скорпы», зажегся свет в зале, и волшебство, которое полтора часа делило сцену с музыкантами, испугалось и спряталось за кулисами.
«Скорпионс» успокоят его и заберут с собой, и оно им еще пригодится.


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 26/01/10 15:44 »

ИСКУССТВО ВЫЖИВАНИЯ

Источник: «Ровесник»
Автор: Паула Алмквист (западногерманская журналистка)
Перевод: Г. Леонова
Дата опубликования: ориентировочно 1988-89 годы


Время действия – лето 1982 года. Тысячи человек в ФРГ стремились побывать на гастролях прославленной группы. Место действия – арены футбольных стадионов.
Следовательно, подавляющее большинство счастливых обладателей билетов увидело лишь крошечные фигурки на площадке. Из сочувствия к этому большинству репортеры журнала «Штерн», преодолевая всевозможные препятствия, добрались до самой знаменитой рок-группы. Итак, «Роллинг стоунз» крупным планом.

Его улыбка (при должном освещении) способна затмевать солнце. Причиной тому – бриллиант. Мик Джеггер носит бриллиант в верхнем зубе справа (медики называют этот зуб клыком). Ослепительная улыбка Мика служит своего рода искуплением грехов. Мик пускает ее в ход, когда замечает по реакции собеседника, что опять разочаровал его своим ответом. Приходится отметить: солист группы «Роллинг стоунз» частенько использует свою улыбку сердцееда, которая, поднимаясь по лицу вверх, образует симпатичные морщинки по углам глаз, но никогда не захватывает самих глаз, холодноватых, темно-голубых.



Да, он действительно прекрасен и выразителен. Именно такой, каким я себе его и представляла. Торс танцовщика, вытренированный до последней клеточки. Ноги, пожалуй, могли бы быть и подлиннее (даже бег трусцой, видимо, не помогает), и вообще сидя он кажется выше.
Мы сидим на кушетке в гардеробной А-1 лондонской студии видеозаписи. Здесь снимается рекламный фильм для нового альбома «Натюрморт». Мик уже загримирован, и, может быть, поэтому его попытки создать вокруг себя атмосферу дружеской непринужденности не очень-то удаются. На мои вопросы он отвечает как отличник устаревшего образца: барабанит наизусть, не задумываясь. О чем ни спроси – получишь такой ответ, что все довольны и никто не в обиде.
разумеется, сей экс-бунтарь, некогда выступавший против войны во Вьетнаме, автор знаменитой песни «Уличный боец», считает наращивание атомных вооружений серьезной проблемой. Однако лично он больше не собирается затрагивать подобные проблемы в концертах, потому что «люди приходят к нам вовсе не для того, чтобы послушать про это».
На подмостках он радостно купается в лучах славы и любви своих почитателей.



Но почему не растаяла под этим теплом та корочка льда, которую я ощущаю в разговоре с глазу на глаз? Даже вполне по-свойски кладя мне руку на плечо, Мик Джеггер остается этаким снежным принцем. Его чувственный рот вещает лишь прописные истины. Слова пахнут бумагой. И потрясают – насколько же можно быть далеким от жизни!
Вопрос: «Как тебе удается не терять контакта со зрителями? Откуда тебе знать, чем они живут? Ведь ты много лет ведешь жизнь миллионера. Вокруг тебя – вакуум. Секретари, телохранители, кто угодно, только не живые люди. Ну, например, когда ты в последний раз ездил на метро?»
Ответ: «Постой. Какая, собственно, связь между метро и знанием жизни? Просто, раз у человека нет денег, он едет на метро. Вот и все».
Лишь однажды я заставила Мика на мгновенье задуматься. Я спросила, способен ли он относиться критически к самому себе?
Итак, после паузы: «Это, видишь ли, уже из области химер. Хотя, разумеется, сам факт, что я испугался вопроса, кое о чем говорит… Но в конце концов, наверное, каждый человек имеет право на недостатки, не правда ли?»

И вот такой беседы, о которой и рассказать-то нечего, пришлось дожидаться четыре дня!
Отдел прессы компании «Роллинг стоунз» любезно предоставил журналу «Штерн» возможность встретиться с музыкантами во время репетиций перед европейским турне. Лишь нашему глубокоуважаемому изданию было дозволено лицезреть героев в натуральную величину.
Но в назначенный день, к сожалению, встреча не состоялась. Тогда мы были настроены благодушно и не расспрашивали о причинах.
На другой день шеф отдела прессы по имени Альвиния сочла, что мы как-то чересчур подавлены, а может быть, даже сердиты и что в таком настроении не следует являться перед светлые очи божества. Только настроившись на положительные эмоции, излучая добро умом и сердцем и отмыв все пятна с души, можно надеяться на непосредственный контакт со «Стоунз».
В гостинице перед зеркалом мы упражнялись в улыбках. Шире! Лучезарнее! Доброжелательней! Но и на третий день мы оказались недостаточно хороши. Я сама испортила дело. Свела на нет все достижения аутотренинга единственным невинным вопросом: «Что случилось? Может, какие-то проблемы возникли при подготовке к турне?»
По реакции Альвинии я поняла:
во-первых, задавая столь вредные, прямо-таки разлагающие вопросы, человек уподобляется надоедливой мухе;
во-вторых, нет и не может быть никаких проблем у «Роллинг стоунз».
У Билла Уаймана нет никаких морщин. У Мика Джеггера нет никаких заскоков.
«А что, если нет никаких «Роллинг стоунз»?» - подумала я.
День четвертый. Над Лондоном голубое небо. Ни облачка. Однако прогнозы, поступающие из личного секретариата Мика Джеггера, который пребывает в своем загородном замке, неутешительны. После обеда, когда главный «стоун» уже проснулся и готовился к традиционной «утренней» пробежке, Альвиния осмеливается туда позвонить. (Перед звонком она предусмотрительно принимает пару таблеток – антистрессовый витамин В, - они у нее всегда наготове!)
«Скажите, пожалуйста, как он сегодня выглядит?» Именно от ответа на сей роковой вопрос зависит: будут или не будут на остаток дня запланированы – или не запланированы – деловые встречи.
Лондонское бюро «Роллинг стоунз» расположено в Челси, в одном из домов средней обшарпанности. Ковровые дорожки на лестницах вытоптаны, мебель, по-видимому, закуплена оптом на дешевой распродаже. Служащие бюро чуть ли не ежедневно перед началом работы посещают оздоровительные клубы, чтобы выглядеть молодо, то есть всегда оставаться в подобающем для предприятия «Роллинг стоунз» виде.
В пути «Перекати-поле» подобие гигантской доильной машине. Менеджер Билл Грэхэм, великий стратег в делах коммерции, окрестил европейское турне операцией «Ганнибал». Для поездки выделено 32 грузовых автомобиля и две сборные сценические площадки. Любители музыки, помимо билетов на концерты, закупят пластинки. Славно позвякивающие или нежно шуршащие ручейки из их карманов будут выдоены соответствующими майками, заколками, значками и булавками. В поистине неслыханных количествах.
Впрочем, довольно о низменных материях.
Наши агрессивные биотоки, по-видимому, все же проникли в святая святых. На исходе четвертого дня ожидания (точнее, в первом часу ночи) в номере гостиницы раздался телефонный звонок. Дальше как в детективе: «Будьте наготове. За вами заедут. Машина светлая, без особых примет. На ней вас доставят в интересующее вас место».
В машине без особых примет мы проехали около получаса и оказались, по нашим расчетам, в южных кварталах города. Альвиния, разумеется, уже была там и первым делом конфисковала всю нашу фотоаппаратуру. В виде напутствия она намекнула, что того, кто посмеет приблизиться к Кейту Ричарду (!), - нет, не застрелят на месте, - попросят выйти вон! В это время Марлон, двенадцатилетний сын Ричарда, беспечно играет папиным револьвером… Да еще этот тип перед стальной дверью! Лицо телохранителя не только покрыто безобразными шрамами, его отличает специфическое выражение. Вернее, отсутствие всякого выражения. По-моему, у любого психолога, определяющего профессиональные способности людей, Джой Сибрук получил бы нулевой результат. Его коротковатые джинсы вздымаются на могучих бедрах. Куртка не в состоянии скрыть наплывы над ремнем. Круглая голова острижена очень коротко. Толстые пальцы с широченными ногтями не вынимаются изо рта. «Мы зовем Джоя ягненком, - нежно проворковала Альвиния. – Он ни с кем никогда не ссорится» Еще бы!
К счастью, «ягненок» отвернулся. Значит, можно пройти.
В неоновом свете грязно-желтого павильона музицируют пятеро немолодых мужчин. С ними рядом стоит какой-то человек в халате санитара. Оказывается, санитар не кто иной, как Чарли Уотс, который уже совсем скоро сможет отпраздновать золотую свадьбу со своим барабаном. Подросток с розовой ленточкой в волосах – дочка Уотса, которую отпустили из пансионата (где-то на природе), чтобы она смогла посмотреть, как папа репетирует.
Вторая фигура патриаршего вида – Ян Стюарт. Подобно добродушному концертмейстеру старинного танцкласса, он опускает свое объемное седалище то на пластиковую кухонную табуретку перед роялем, то на изящную банкетку из полированного орехового дерева, обтянутую гобеленом, которая стоит перед органом.
Собственно, «Роллинг стоунз», обожаемые, боготворимые, те четверо, которые работают стоя. Постоянно окруженные лучами юпитеров, превратившихся за последние 20 лет в некое подобие нимба. Он – этот свет – и обрек избранников на вечную молодость. И на существование в качестве презренных богачей.
Любой поклонник группы, я думаю, знает, что певец Мик Джеггер, басиси Билл Уайман, ударник Чарли Уотс, гитаристы Кейт Ричард и Ронни Вуд по своей основной специальности – миллионеры. Держатели акций. Владельцы замков в Англии. Спасаются от уплаты налогов в прочих своих владениях – в Карибском море и на Лазурном берегу. Надеюсь также, обожатели «Стоунов» догадываются, что флотилия «Мерседесов» у подъезда и изготовленный по спецзаказу «бентли» принадлежат не осветителям. И не двум настройщикам гитар, которые, как собачки на задних лапках, торчат за кулисами, в любую секунду готовые по первому знаку своих хозяев подать инструмент. Но стоит только «Стоунам» в сопровождении истерических воплей и рукоплесканий бушующей толпы запрыгать на сцене – и они уже мстители за всех несчастных и обездоленных!


наши герои – по вполне понятным причинам – предпочитают экипировку заклятых врагов капитализма. В лохмотьях, будто взятых напрокат из коллекции старья, в майках с темными пятнами пота. Но, клянусь, я своими глазами видела два дня назад, как костюмерша поливала Мика Джеггера искусственным потом из аэрозоли! Именно таким способом элегантная рубашка рафинированной суперзвезды приобретала достаточно пролетарский вид!
Мик тогда позволил себе маленькую шутку. Он поднял правую руку и подставил дивно благоухающую, продезодорированную подмышку под струю искусственного пота. Две дюжины приближенных, только что в почтительном молчании стоявшие вокруг него, захохотали с таким воодушевлением, с каким, наверное, придворные Короля-Солнца встречали излюбленную монаршую шутку (а король Людовик XIV, уж извините, любил развлекаться тем, что портил воздух).
Но какое все это имеет значение? Ведь каждый раз, когда «Роллинг стоунз» покидают свои частные владения и отправляются под защитой телохранителей в очередное турне, то, уж будьте уверены, найдете чему подивиться! И дело не только в том, что, скажем, «Удовлетворение» они исполняют сегодня с такой же страстью, как и в 1965 году. Джеггер, Ричард, Вуд и Уайман на сцене олицетворяют самых современных героев дня, излюбленные типажи массовой молодежной культуры.
Мик Джеггер сегодня выглядит как поппер. В габардиновых брюках со складочками. В бело-голубой полосатой рубашке для гольфа. Его движения во время репетиции предельно эстетичны и экономны – как будто он ни на секунду не забывает, сколько стоит его страховка. Там, где в концерте намечается дьявольский прыжок в шпагат, на репетиции он лишь слегка подпрыгивает, оттянув мысочки белых теннисных туфель.
Баночное пиво – Мик уже давно объявил себя его приверженцем – сохранилось в палитре суперзвезды. Как и некоторые другие стимуляторы. А вот «демократические» выпады, характерные для поры расцвета рок-н-ролла, с шампанским для всех «сопровождающих лиц» канули в Лету вместе с дешевыми номерами в отелях и скандальными происшествиями в общественных местах. «Роллинг стоунз» образумились. Они вовремя сумели превратиться в серьезных деловых людей, даже если внешний облик и декларирует противоположное.
Вот, например, Ронни Вуд.



Он работает под панка. Остроносые ботинки. Спина колесом. Подвижная физиономия под черными космами легко собирается и растягивается в уморительные клоунские гримасы. В обносках с головы до пят, миллионер Вуд производит впечатление человека, которому никто не сдаст комнату, не потребовав плату за три месяца вперед. Джоан, спутница жизни Вуда и мать его двоих детей, разъезжает, как и все дамы «Стоунов», в лимузине с личным шофером. И правильно делает: потому что при виде Джоан, едва прикрывающей крошечное тельце обрывками тканей, с вытравленными перекисью клочками волос на голове (ужасно похоже на кисточки для бритья!), любой работник социального обеспечения почувствует жгучее желание помочь бедняжке и всучит ей адрес приюта для бездомных.


Рок-звезда Кейт Ричард остается верен своей легенде.



Поклонникам это нравится. Что написано на его майке? Ну конечно же: «…» (Непечатно. – примеч. пер.)
Между прочим, тело Кейта служит теперь пропагандистским целям. Менеджеры и деятели от рекламы ныне потирают руки от удовольствия, когда Кейт снимает куртку. Потому что, леди и джентльмены, смотрите и убеждайтесь – кожа Кейта чиста! Пусть его руки несколько пообрюзгли, но даже его величество телеобъектив не найдет на них следов от уколов шприца. Один из крупнейших некогда потребителей героина начал новую жизнь. И если в нынешние времена Кейт по-прежнему не отличается пунктуальностью – на репетицию в студии он опоздал всего лишь на три дня, - то менеджеры все же не терзаются подозрениями: турне в любом случае не сорвется.
Музыкальный фаворит из конюшен фирмы «Роллинг стоунз инкорпорейшн» и по сей день окружен самым ярким ореолом. Кейт Ричард – воплощенный рок. Кейт Ричард – прирожденный античистоплюй, которому наплевать и на то, что он, видимо, никогда не войдет в тот возраст, на который выглядит. Черные кожаные штаны смялись плиссированной гармошкой на старческих тощих ногах. Черная с серебром грива.
Черным отмечены веки на рельефной карте лица. Что ж, по крайней мере, можно отыскать глаза. С близкого расстояния взгляд Кейта Ричарда кажется неожиданно кротким и ранимым. Самое дурное и, как ни странно, самое доброе можно увидеть, вглядываясь в это лицо – минное поле страстей человеческих. Пиратом называет своего коллегу Билл Уайман.
В наилегчайшем весе – Билл Уайман.



Все время репетиции он простоял не шелохнувшись. Как памятник безымянному школьнику. Спит он, что ли, стоя? Нет, подвижные руки работают исправно, безошибочно царапают басовые струны. Не хватает только щелочки в голове, а то вполне сошел бы за гипсового мальчика – они во множестве расставлены на всех английских улицах, где сосредоточены магазины, и со стоическим выражением лица просят пожертвовать пенни на нужды слепцов.
В частной жизни Билл Уайман отнюдь не отличается британской твердокаменностью. Его загоревшее под солнцем Ривьеры лицо освещает улыбка счастливчика, которому везет в лотерее. Именно таким и ощущает себя этот маленький щуплый человек с иссиня-черными волосами – «Да, крашенные!» - вот уже двадцать лет. Уайман выходец из беднейших слоев: «Мой отец был каменщиком, у нас даже своего клозета не было». Билл начинал младшим служащим в бюро. Старался изо всех сил. Пока не открыл, к собственному удивлению, что при помощи хобби может добиться известности и богатства.
Взяв в руки бас-гитару, он давно уже отгадал шесть раз по шесть в лотерее жизни. папа, бывший каменщик, вместе с мамой живет теперь в сторожке у ворот принадлежащего Биллу замка Геддинг-Холл. Как старший дворник, потрясая винтовкой, папа гоняет чересчур назойливых почитателей таланта «Роллинг стоунз».
Геддиг-Холл. построенный в 1490 году каким-то английским аристократом, вы найдете в любом туристическом справочнике. Биллу это по душе. Девиз Уаймана: «Никогда больше в бедняках!» Те, кто побывал у него в гостях, будь то Геддиг-Холл, или его сельское имение в Швеции, или вилла на юге Франции, – все единодушно отмечают, что в комнатах чересчур жарко. «Это потому, - объясняет Билл, - что в детстве я всегда ужасно мерз. У нас был омерзительно холодный пол».
Билл Уайман радует мое сердце разговорчивостью и искренне радуется сам – ему удалось вырваться из нищеты. Единственное, что порой омрачает его невинный восторг от собственного богатства, - печать плебейства. Компаньоны-«стоуны» периодически тыкают его носом в неумение шикарно жить. Для них Уайман был и остается мелочным конторщиком. И вот почему. Каждое утро Билл записывает в дневник события прошедшего дня. Он бережно сохраняет в архивах каждый клочок «стоуновской истории». Он мечтает когда-нибудь открыть настоящий музей «Роллинг стоунз». И еще: «Мик, например, не понимает, как это я до сих пор сам упаковываю свои чемоданы!» Ему нравится действительность, которая каждый день вновь и вновь подтверждает: за всю оставшуюся жизнь он не сумеет – ну просто не сможет – стать бедняком.
Всамом деле, бедность не грозит ни одному из них. За осеннее трехмесячное турне по Америке группа получила чистой прибыли 13,2 миллиона долларов. Летом «обкатывается» Европа. Гонорар на парочку миллионов поболее. Конъюнктурные соображения менеджеров: не помешал бы, дескать, чемпионат мира по футболу или гастроли знаменитого дуэта Саймон и Гарфункель – вызывают у «Стоунов» снисходительную усмешку.
Кто может соперничать с ними?
Концерты «Стоунов» не просто музыка и не только развлекалочка. Посудите сами: прочие идолы, сверстники наших героев, либо мертвы, либо навеки замолкли. Забыты. Растоптаны. Обуржуазились. И только «Роллинг стоунз» ревут со сцены как последние динозавры бурных шестидесятых.
На их примере и вместе с ними торжествует, как минимум, одно искусство – искусство выживания.


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 10/02/10 15:15 »

БОБ МАРЛИ

Источник: не установлен
Автор: А. Троицкий
Дата: ориентировочно – 1988-89 годы.


Первым из знаменитостей Боб Марли удостоился чести стать объектом политического покушения. В декабре 1976 года за два дня до концерта, который Марли должен был дать в поддержку лидера прогрессивной партии Ямайки Майкла Мэнли, неизвестные изрешетили дом артиста пулями. Музыкант был легко ранен, но концерт, на котором присутствовало восемьдесят пять тысяч зрителей состоялся…



Боб Марли умер от рака в мае этого года, и на похороны его на Национальную арену в Кингстоне собралась вся Ямайка. Присутствовали даже нынешние члены правительства. Что делать – Марли был самым популярным человеком на своем острове и олицетворял культуру и борьбу народа ямайки в глазах миллионов людей во всем мире. Статус Боба Марли уникален: он стал, по существу, первой, и пока единственной, суперзвездой из стран третьего мира. Как писал в некрологе английский журнал «Нью мюзикл экспресс», «он был, прежде всего, символом надежды и оптимизма для миллионов угнетенных, которые видели в его песнях отражение собственных мук и черпали в них столь необходимые силы и воодушевление». Микки Кэмпбелл, руководитель популярной негритянской группы «Асвад», сказал так: «Боб открыл для нас двери. Он не только приносил радость, но и вселял надежду».
Роберт Неста Марли был сыном английского капитана, уроженца Ливерпуля, который навсегда отбыл с Ямайки, едва дождавшись рождения ребенка. Боб жил с матерью, Сиделлой Буккер, и жили они очень бедно. Неизвестна даже точная дата рождения Боба: в паспорте значилось 6 апреля 1945 года, но сам он говорил, что это случилось, скорее, где-то в середине февраля…
Детство Боба прошло в горной деревушке, а затем семья перебралась в Тренчтаун – трущобный район, по сути дела, гетто для бедняков на западной окраине Кингстона, столицы Ямайки.
То, что Марли хорошо пел, выяснилось довольно рано: уже в шестнадцать лет он впервые записался на студии, а спустя два года организовал с четырьмя уличными друзьями вокальный квинтет «Уэйлерз» (можно перевести как «причитающие» или «плакальщики»).



Американская поп-музыка полностью доминировала на Ямайке (ведь ее отделяет всего несколько сот миль от Майами!), и неудивительно, что кумирами молодых музыкантов были знаменитые ансамбли стиля «соул»: «Дрифрерз», «Фоур Топс», «Импрешнз»… Однако «Уэйлерз» не стал заниматься столь распространенными в провинциях «перепевками» иностранных знаменитостей – участники квинтета сразу начали писать свои песни. Группу взял под опеку один из столпов местного полукустарного шоу-бизнеса Кокссон Додд, владевшим целым «культурным комплексом», состоявшим из студии (и фирмы) грамзаписи, магазина пластинок и танцзала-дискотеки. С помощью молодых, талантливых артистов «Уэйлерз» Додд надеялся отбить танцующую клиентуру у конкурентов, и это ему удалось. В 1965-1966 годах бестселлерами на Ямайке стали песни «Остынь», «Трудно быть одному», «Любовь и волнение» и многие другие, сочиненные «Уэйлерз». Двое «плакальщиков» вскоре эмигрировали в США, и «Уэйлерз» остался в своем «классическом» составе: Боб Марли, Бани Уэйлер и Питер Тош.
Самым большим успехом группы и ее первым появлением на арене социальной борьбы стала серия песен о «руди». Руди, сокращение от «руд бой» («отчаянный парень») – собирательный тип молодого обитателя трущоб, неприкаянного, не верящего посулам, находящегося в конфликте с властями. «Их бросают за решетки, но руди становятся сильнее, полицейские дубинки все толще, но руди все выше. Вы не сможете бороться с молодежью – она мужает; не сможете ее обманывать – руди умнеют», – пел Марли в одной из этих песен – «Тюрьма». Слово «руди» с легкой руки «Уэйлерз» стало общеупотребимым и вышло за пределы ямайки: так себя сейчас именуют и молодые безработные Англии.
В нищей стране и «звездам эстрады» трудно свести концы с концами. В 1968 году Боб Марли уехал на заработки в Штаты, где работал на автомобильном заводе. Вернувшись на родину через полтора года, он стал более глубоко и серьезно изучать традиционную музыку, фольклор негров Ямайки. Так, из синтеза своеобразных афро-ямайских ритмов и интонаций с современным роком и соулом родилась и стала популярной в мире музыка «реггей». Марли был один из ее создателей и главным пропагандистом.



«Реггей – это музыка корней. Это музыка, ритм которой идет от биения сердца. Только в такой музыке, ощущая свои корни, мы можем воплощать свои идеи», – говорил коллега Марли, Питер Тош. В начале семидесятых годов Боб Марли и «Уэйлерз» записали ряд блестящих альбомов, в том числе «Революция души» и «Сын африканских трав», которые стали прототипом всего дальнейшего творчества музыканта. Песни поражали своей искренностью, эмоциональным накалом и подлинной, действительно идущей от «корней», духовностью. Что-то роднило их со старинными негритянскими спиричуэлс: тоска по далекой африканской родине и страстная вера в торжество справедливости. Наивная языческая мистика уживалась в них с трезвым социальным анализом и боевыми призывами…



В конце 1972 года Ямайку посетил известный английский антрепренер – продюсер Крис Блэкуэлл, шеф фирмы грамзаписи «Айленд», и был поражен силой и свежестью музыки Марли. Он пригласил его в Лондон со всей группой и отдал в распоряжение студию с двадцатичетырехканальной аппаратурой. В записи приняли участие, помимо Боба Марли (вокал, ритм-гитара), Питера Тоша (соло-гитара) и Бани Уэйлера (клавишные, вокал), братья Эстон и Карлтон Барреты (бас-гитара и ударные), ставшие с тех пор постоянными членами «Уэйлерз». Диск получил название «Поймай огонь». Эта пластинка стала, по мнению многих, одной из важнейших и наиболее «влиятельных» пластинок семидесятых годов. В отличие от «Бони М», например, или Африка Симона, Марли не стал уступать моде и диктату продюсеров, создав произведение самобытное и серьезное, своего рода «вызов» самодовольным европейцам.
«Эта ошеломительная, новаторская пластинка, возрождающая бунтарский дух конца шестидесятых, сразу сделала «Уэйлерз» героями в кругах радикальных рок-музыкантов», – писала пресса. Но массового признания группа не получила. Радио и телевидение игнорировали «Уэйлерз» из-за антибуржуазной, антирасистской направленности песен; далеко не все критики, многие из которых склонны судить о качестве музыки по количеству используемых синтезаторов и продолжительности пьес, смогли по достоинству оценить «Уэйлерз».
Не изменил ситуации и следующий альбом – «Горение» (1973). Однако песня из него «Я застрелил шерифа» в исполнении Эрика Клэптона обрела широкую известность, да и вообще оказалась, пожалуй, самой большой удачей в сольной карьере этого знаменитого английского гитариста. Решающим стал 1975 год. Начался он неудачно для «Уэйлерз» : группу покинули двое из числа основателей – Уэйлер и Тош. Зато альбом «Нэтти Дред», наверное, самый эффектный и темпераментный у Марли (кстати, с тех пор в «Уэйлерз», он – единственный автор), наконец-то, «пронял» английскую публику. Тут же последовало турне по Великобритании, буквально всколыхнувшее заскучавшие было в середине семидесятых годов ряды поклонников молодежной музыки. Записанная во время турне концертная пластинка и «Нэтти Дред» заняли соответственно второе и третье (после «Крови на следах» Боба Дилана) место в ежегодной анкете музыкальных критиков «Лучший альбом года». После этого, как отмечено в «Рок-энциклопедии» Н. Логана, «все внимание было сфокусировано на Марли… как новой мощной фигуре на музыкальной сцене».



В последующие годы Боб Марли записал еще шесть серьезных альбомов («Вибрация Растамана», «Экзодус», «Автобусом в Вавилон», «Кайя», «Выживание», «Поднимаясь»). Он не изменил реггей, своей музыке, не изменил и философско-политической тематике. Журналист Нил Спенсер, сравнивая пути Боба Марли и Джона Леннона, писал: «В то время как Джон взял себе тайм-аут, «открыв» прелести личной и домашней жизни, которые у него в свое время отняла слава, Марли с годами все активнее вмешивался в политическую и общественную деятельность, в события нашего времени». Одним из самых вдохновляющих событий в жизни Боба Марли, по его словам, стало выступление на торжествах, посвященных годовщине образования Зимбабве; освободительное движение народа этой страны Марли поддерживал много лет.
В октябре 1980 года, гуляя в Центральном парке Нью-Йорка, Марли неожиданно потерял сознание. За неделю до этого он давал концерты в «Мэдисон-сквер гарден» и вскоре должен был отправиться в гастрольное турне со Стиви Уандером. врачи поставили диагноз: рак и отпустили для жизни три недели. Боб Марли боролся с болезнью семь месяцев. За две недели до смерти ему был присужден высший орден Ямайки; награду, за отсутствием Боба, получил его старший сын…
«Если бы вы знали, чего стоит жизнь, то искали бы свой удел в борьбе», - пел Боб Марли в одной из своих популярнейших песен «Поднимайтесь, вставайте». Сам он познал цену жизни – и в грязных лачугах Тренчтауна, и посреди залитых светом прожекторов арен. Как завещание выдающегося музыканта звучат строки из той же песни:


Поднимайтесь, вставайте,
Отстаивайте свои права!
Поднимайтесь, вставайте,
Без устали продолжайте борьбу.


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

KissFinder

Мастер




Отправить личное сообщение для KissFinder

Сообщений: 2153

Комментариев: 866

Оценок: 75

Треков: 22

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 10/02/10 16:53 »

Прочитал с интересом. Надо бы ещё и послушать...


_________________

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 02/03/10 15:19 »

ИАН АНДЕРСОН: «МОЯ ПРОФЕССИЯ – МУЗЫКАНТ»

Автор: В. Кучеренко
Источник: не установлен
Дата: ориентировочно 1981-82 годы.


Скажите, какое отношение имеет человек, чьи слова вынесены в заголовок статьи, к группе, о которой просят рассказать в своих письмах наши читатели. Самое непосредственное: Иан Андерсон, флейтист и гитарист, музыкант и поэт, является бессменным лидером английской рок-группы «Джетро Талл» со дня ее основания. Вместе с ним на сегодняшний день в составе гитарист Мартин Баре, органист и скрипач Эдди Джобсон, бас-гитарист Дэйв Пег и ударник Майк Грэйни. Не осталось никого из тех, с кем Андерсон начинал в 68-м. Но близится время очередного концерта, и вновь, как и все эти годы, переполненный зал взрывается аплодисментами при словах: «Леди и джентльмены! «Джетро Талл»! А после наступает тишина ожидания, когда все внимание приковано к странно одетому бородачу с флейтой, застывшему посреди сцены в не менее странной позе, - на одной ноге, поджав другую под себя и победно взметнув вверх левую руку наподобие тореадора.



Это Иан Андерсон. Вот он подносит к губам флейту: звучат первые такты одной из самых известных его песен «Жизнь в прошлом», и волшебная флейта Андерсона уводит нас в то не столь отдаленное, но еще вполне ощутимое прошлое.
Все началось в 1965 году в Блэкпуле (Шотландия). Тогда их было трое – недоучившиеся художники Иан Андерсон и Джефри Хамонд-Хамонд, а также будущий фармацевт Джон Эван. Никто из них не был профессиональным музыкантом: играли, что называется, «для себя». Однако все они страшно завидовали блэкпульским рокерам, их бархатным курткам, тому всеобщему поклонению и почету, которые окружали этих людей только за то, что вечерами на сцене какого-нибудь ресторана они по 5 часов кряду играли вульгаризированный вариант негритянского ритм-энд-блюза, сопровождая его нечленораздельными полупристойными выкриками и соответствующими жестами.
тщеславие молодости и девиз «А чем мы хуже?» в данном случае явились причиной возникновения полулюбительского ансамбля, в который помимо Андерсона (флейта и гитара), Хаммонд-Хамонда (бас) и Эвана (клавишные) входил также ударник Барри Барлоу. Четверка из Блэкпула, назвавшись Группой Джона Эвана, отправилась зимой 67-го завоевывать лондонские сцены и студии звукозаписи. Но «поход на Лондон» не удался, и когда жизнь поставила перед участниками ансамбля гамлетовский вопрос «быть или не быть» во всей своей остроте, половина группы Джона Эвана сочла за благо убраться восвояси в родной Блэкпул. Оставшиеся (а ими были Андерсон и Коржик), вскоре, подыскав себе гитариста Мика Абрихамса и ударника Клива Банкера, решили наперекор судьбе попытать счастья еще раз. Удача явилась к ним в образе Терри Эллиса, менеджера и совладельца фирмы грампластинок Кризалис, на которой «Джетро талл» записывается и по сей день.



Кстати, своему необычному названию ансамбль косвенно обязан тому же Эллису. Именно в его доме острый глаз Андерсона заметил старинную книгу с надписью на корешке «Джетро Талл», сделанной готическим шрифтом. Кто же этот таинственный Джетро Талл? Всего-навсего, английский агроном XVIII столетия, которыйеще прославился тем, что сконструировал швейную машину, использовав в качестве одной из деталей педаль старого органа. Так у нового ансамбля появилось название, и остается только гадать, чем же именно привлекло это имя внимание Андерсона: своей ли несомненной связью с английской стариной, отзвуки которой можно найти во многих композициях ансамбля, или, может быть, выше приведенным курьезным фактом замечательной утилизации в быту части музыкального инструмента.
Как бы то ни было, название оказалось счастливым: уже летом 1968 года «Джетро Талл» (далее ДТ) многообещающе дебютировал на ежегодном фестивале рока и джаза в Кэмптон-Парке, после чего прочно занял место в плеяде представителей так называемого «прогрессивного рока».




К этому же течению в конце 60-х годов принадлежали такие разные и по характеру исполняемой музыки, и по дальнейшей своей судьбе составы, как Пинк Флойд, Флитвуд Мэк, Найс (первая группа Кейта Эмерсона), Тэн Йиэрз и др.
Но при всех существующих различиях у этих исполнителей была одна общая особенность: они искали новые пути в рок-музыке, пути обогащения и расширения этого жанра. Путь, которым шел «Джетро Талл», вел к синтезу всех жанров музыки вообще на твердой роковой основе. Классика и джаз, традиции совершенно различных национальных музыкальных культур (например, индийской и шотландской) удивительным образом переплетались в творчестве ансамбля.
В отличие от большинства рок-групп перед «ДТ» никогда не стояла проблема поиска своего «я». Этим «я» был и остается Иан Андерсон со своими персональными музыкальными идеями.
Что же создало ему и его группе ореол уникальности и неповторимости? Во-первых, флейта, Андерсон – пионер флейты. И не потому, что первым из рок-музыкантов взял в руки флейту (до него и вместе с ним это эпизодически делали и другие – легендарный Крим, например), но потому, что открыл у этого древнего инструмента новые, неведомые ранее возможности.
…Как-то раз в ранней юности, прослушав пластинки джазового флейтиста Роланда Кирка, будущий лидер «ДТ» навсегда «заболел» флейтой и самостоятельно выучился играть на ней, не имея при этом никакой «школы». До сих пор специалистов смущает то, как по-кустарному он ставит пальцы, как размыт рисунок его игры (один из подобных отзывов: «В его игре трудно выделить хоть один осмысленный мелодический пассаж»).



Но Андерсон, возмещая поначалу недостаток игровой техники интуитивным пониманием инструмента и невероятной экспрессивностью, достиг такого звучания, когда казалось, что еще немного, и флейта заговорит его голосом, заговорит страстно, взахлеб и откроет изумленному слушателю все то сокровенное, что вдохнули в нее губы хозяина.
С годами к Андерсону пришли техника, потом – виртуозность, но по-прежнему «ДТ» мы узнаем по той самой «неправильной», но удивительно выразительной «говорящей» флейте, за которую Иан Андерсон четырежды удостаивался титула лучшего инструменталиста года, присуждаемого рок-музыкантам читателями еженедельника «Мелодии Мэйкер».
Но не флейтой единой жив «ДТ». Музыка ансамбля неотделима от текстов песен. Они просто не существуют по-отдельности, хотя бы потому, что созданы одним человеком, тем же Андерсоном. И ему, похоже, не приходится метаться и мучиться в поисках тем. Он поет об энергетическом кризисе и о росте цен, о безработице и терроризме, о сотворении кумиров и о боге, запертом в золотой клетке организованной религии, об одиночестве маленьких людей в больших городах и о детях, которых со дня своего рождения готовят к схватке за место под солнцем. Темы песен Андерсона рождены окружающей действительностью и проблемами, трудностями и противоречиями, все интенсивнее разъедающими его мир, его общество. Общество, которое Андерсон в одной из своих песен сравнивает с гулящей:

«Твои одежды сияют белизной, но обувь в грязи…
Ответь мне, для чего эта улыбающаяся маска,
Которую ты надеваешь на рассвете, отправляясь на работу?
Ты даришь мне свой горько-сладкий притворный поцелуй и думаешь,
Что после этого наши дела пойдут на лад?
…Общество, ты продажная женщина!»

Кем и каким видят себя Андерсон в этом обществе? На этот вопрос он попытался ответить в одном из своих альбомов, названных «Менестрель на галерее».



Титульная песня этого альбома – баллада о Менестреле, отрешенно наблюдающем за людьми, для которых он поет. Он видит этих мелких людишек с их явными и скрытыми пороками. Каждого из них он разбирает по косточкам, и они становятся в его сознании еще более мелкими. Он смотрит на этих уже не людей, а испуганных кроликов, и вдруг в каждом из них узнает…себя! Это уже не просто сатира, а сатира на самого себя, на свою жизнь и место в ней.
Музыку Андерсона когда-то окрестили коммерческой. Но, впрочем, что такое «коммерческая музыка»?! И можно ли считать некоммерческой музыку «Пинк Флойд» и Питера Габриэля, «Джетро Талл», которая, несмотря на свою проблемность, социальность и злободневность, тиражируется сотнями тысячи дисков и кассет, принося солидный доход владельцам фирм звукозаписи?
«Все, что бы мы ни делали – шоу-бизнес, независимо от того, сознаем мы это или нет. Но страшно, если кто-то полгода делает Ничто, но людям это Ничто нравится, и этот кто-то показывает им свое Ничто лишь для того, чтобы иметь возможность заниматься тем же оставшиеся полгода», - так говорит Иан Андерсон.
«Джетро Талл» существует уже 14 лет. Немногие рок-группы могут похвастать таким «непрерывным трудовым стажем». Еще меньше таких, которые смогли сохранить свое творческое лицо. Почему это удалось ансамблю Иана Андерсона? Почему он пользуется неизменной симпатией и глубоким уважением (что, наверное, ценится выше, чем безумное идолопоклонство), как истинных любителей музыки, так и у коллег Андерсона по профессии.
Видимо, люди чувствуют, что Иану Андерсону есть, что им сказать. Каждый его новый альбом (а их на сегодняшний день вышло более 15-ти) – это событие, это новая тема, это «разговор по существу». А его высокий музыкальный и человеческий интеллект служит залогом того, что обмана не будет, и вам не предложат бессмысленную мешанину, щедро сдобренную лихой инструментовкой и монотонно пульсирующим ритмом.
Быть честным с самим собой и с людьми – кредо Иана Андерсона – менестреля последней четверти XX века.


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 19/03/10 18:56 »

ИНТЕРВЬЮ С ЧЕСЛАВОМ НЬЕМЕНОМ

Источник: не установлен (машинописный текст; возможно перепечатано с какого-то польского музыкального журнала)
Автор: не известен
Дата: 1980 год


- Избегают ли «звезды» комментариев в интервью, задевающих их импресарио?
- В ближайшее время я собираюсь отказаться от концертов, которые мне обходятся чересчур дорого для психики. Обычно плохо организованные, они являются просто халтурой организаторов.
- Что говорят «звезды» о своей профессии?
- Беспокойная профессия. Я с неприязнью отношусь к слову «певец», оно граничит с чем-то исключительно банальным.
- Что вы скажите о себе?
- Я всегда идеалист. Вообще не употребляю алкогольных напитков. Я фанатик. Отказываюсь от личного материального благополучия и таким образом добиваюсь больших успехов в импровизации. Много личных средств трачу на приобретение оборудования для своей студии. Я принадлежу к бунтовщикам. Это плохая черта, потому что я бунтую и против самого себя, а из этого следует, что и против других. Ищу свою дорогу, музыкальные средства для выражения глубоких философских идей.
- Сколько вы получаете за концерт?
- тысячу злотых. Но дело не в деньгах. Трудно не удивляться многим нашим ансамблям, которые дают по 60 концертов в месяц и жалуются на то, что топчутся на месте и не развиваются, как музыканты…



О Чеславе Юлиуше Выджицком писали очень много. Мера популярности? В некотором роде – да. Но в еще большей степени были мерилом бессилия критиков разложить музыку Ньемена «по полочкам». Отсюда – множество недоразумений и часто употребляемое слово «загадочный». К счастью, не статьи в прессе и не телепрограммы решают вопрос о том, какова есть и какой будет музыка Ньемена.
А его творчество проходило через самые различные этапы развития. Однако за несколько лет выступлений Ньемена четко выделилась одна основная черта, поставившая его в число ведущих польских исполнителей. Это неослабевающий поиск в совершенствовании своей исполнительской техники и постоянное развитие творческого воображения. Ньемен строил свои композиции по интуиции, которая сделала бы честь любому исполнителю. Его песни вдохновлены классической поэзией и они еще ни кого не оставляли равнодушным. Это едва ли не главное слагаемое успеха этого композитора и певца.




Ньемен начинал с южноамериканских ритмов и рок-н-ролла, модных в конце 50-х, начале 60-х годов. Однако ему быстро надоедают модные музыкальные «схемы». Так начинается первый этап поисков в области гармонии и инструментовки. Он пробует использовать редкие музыкальные инструменты, а слышанное в детстве русское хоровое многоголосие наталкивает на эксперимент с многократным использованием при записи голоса эффекта многоканальной записи на магнитофон, то попадает, впоследствии, в сведенном виде на пластинку. Преобладавшее ранее «сладкое» звучание перестает удовлетворять Чеслава. появляется пение фальцетом, а временами даже спазматические крики. В его музыке современные элементы начинают тесно переплетаться с архаизмами. Так постепенно складывался образ «нестандартного» музыканта, подкупающего стремлением пробиться сквозь стену схематизма и музыкальных штампов. Уже не Браун, уже не темнокожая «соул», а восточные мотивы преобладают в музыке Ньемена. Она становится многогранной, включающей в себя целую гамму миров.
Песня «Странный этот мир» объединила вокруг Ньемена молодежь, к которой певец обратился на ее языке. Через несколько лет он записал новый вариант этой песни в соответствии с теми изменениями, которые появились в его музыке. Он широко привлек смычковые инструменты, органные реминисценции барокко, расширил гармонией атональности в авангардистском стиле.
Ньемен использует электронные клавишные инструменты, как новое средство экспрессии. В этом, правда, еще много показной эффектности, но в целом все свидетельствует о незаурядности автора и его богатой фантазии. Все выразительнее становятся со временем поиски в области звучания. Чеслав его сгущает, делает более интенсивным и «сочным». К тому же он научился с легкостью модулировать своей голосовой палитрой, добившись редкой для эстрадных певцов выразительной силы.
Творческое развития Ньемена наглядно воплотилось на его пластинках - «Успех», «Странный этот мир», «Помнишь ли еще меня?», «Ньемен-энигматик», «Стихи», «Ньемен-аэролит», «Катарсис» - не считая тех альбомов, где он является соавтором. Например, «театральная и телевизионная музыка» Курылевича, «Медитации» Надольского, или просто исполнение ряда песен. Здесь перечислены только те альбомы, которые выпущены в Польше.







«Катарсис» - плод заветной мечты Ньемена. несколько лет назад, в одном из интервью он сказал: «Моя мечта – работать на месте. Хотелось бы иметь студию, где я смогу записывать сам. Хочется экспериментировать, создавать новые вещи. Это стало бы возможным, не будь у меня концертных контрактов. Такая работа наиболее эффективна».



«Катарсис» создавался Ньеменом в экспериментальной студии. Этот диск является очень характерным для последнего этапа в творчестве композитора. Часть записанных на нем вещей, в том числе и «Катарсис», давшая название альбому – театральная музыка. Работая в содружестве с молодым режиссером Бернардом Форд-Ханаокой над постановкой в Опольском театре пьесы Юлиуша Словацкого – «Миндове» - Ньемен написал музыкальную часть спектакля. Как потом оказалось, некоторые фрагменты этой музыки могли быть самостоятельным целым. Доказательством этого служит диск «Катарсис».
Исследователи творчества Ньемена могли бы упрекнуть его в излишнем «электризме» музыки и известной повторяемости. Но это сознательный метод и в сумме Чеслав создает новое стилистическое музыкальное качество. Почти в каждом произведении композитора можно найти источник «электризма». Дело в том, что произведения Ньемена – за редким исключением – имеют неординарную музыкальную логику, где использование уже известных стилей и выразительных форм подчинено высшей идее композиции. Так что правильнее будет не «электризм», а своеобразная многоступенчатость стиля, обогащенная прозрачной композиционной структурой. Не зря говорят, что Ньемен – одна из самых значительных личностей в мире рок-музыки, способная сломать многие барьеры в представлении слушателей.



На тему же своего диалога с поэзией Ньемен сказал так: «я считаю, что творчество, если оно, конечно, не возникает из коммерческих побуждений, рождается потребностью поисков единственной правды. Кто хоть раз решил за нее бороться, тот уже не откажется от нее никогда. Поэтому текст является душой моей музыки, а не предлогом для ее написания, музыка же – демонстрация солидарности с мыслями поэта… мое кредо – фрагмент из «Похвалы труду» - произведения на стихи Циприана Норвида, открывающего новый альбом «Disperation et Credo»:

Я ведь не светило, чтобы быть в зените,
И не соль земли для приправ кухонных,
Ибо прекрасное вдохновляет на труд,
А труд – бессмертия залог…



P.S. от dj_afonya:

От себя могу добавить: если вы не знакомы с творчеством этого неординарного композитора, не проходите мимо, просто сделайте небольшое усилие над своей ленью, скепсисом и невежеством – и просто послушайте….
К примеру, альбом «Катарсис». Просто уверен, многие из электронщиков просто будут пребывать в легком шоке от того, что делал Немен в семидесятых! И это без всяких компьютеров!
Есть еще один интереснейший альбом, не упомянутый в статье, «Russische lieder» (1973) – русские романсы и народные песни в обработке и исполнении Чеслава Немена.



Поет он классно! Много до боли знакомых песен с легким польским акцентом.
Местами очень забавно, местами – трогательно и проникновенно. Искренне рекомендую!


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

AquaDark

Мастер




Отправить личное сообщение для AquaDark

Сообщений: 3112

Комментариев: 287

Оценок: 29

Треков: 31

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 19/03/10 20:09 »

Лёха, спасибо еще раз.
Это ещё дядька Юрка a.k.a Day этой статьи не видел. Уж он бы тебя за нее вообще стал бы качать до потолка.


_________________
В теории нет никакой разницы между теорией и практикой. Но на практике она есть.

Vaska

Живущий здесь




Отправить личное сообщение для Vaska

Сообщений: 584

Комментариев: 514

Оценок: 0

Треков: 52

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 19/03/10 20:21 »

А мне про джетро талл понравилось. Хотя, дочего, всё-таки, советские ребята занудно пишут! Кстати, странная вещь, большинство групп укладываются в схему "бодрая молодость-роскошная зрелость-унылая старость". Но джетро талл - решительно из этого выбиваются. Альбомов - грёбаная прорва, и все полны вкусняшек, из какого года ни достань. Я уж слушаю и слушаю, а общей картины не могу для себя составить, прям бездонная прорва музыка. А ещё как-то раз в метре от меня сидел андерсен на краю фонтана. Я мог бы его столкнуть в воду, мне такая идея в голову пришла, но я всё же отринул её.

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 20/03/10 4:48 »

На здоровье, мужики!

2 Vaska

Вася, порекомендуй какие-нибудь альбомы (пару-тройку) Джетро Талл, что-нибудь из СИЛЬНЕЙШИХ . Я послушал только "Акваланг", и влюбился в эту группу с первого прослушивания...
По большей части интересует фирменная андерсоновская скорострельная флейта....


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

Vaska

Живущий здесь




Отправить личное сообщение для Vaska

Сообщений: 584

Комментариев: 514

Оценок: 0

Треков: 52

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 20/03/10 5:07 »

В первую очередь - Thick as a Brick. Во вторую - Benefit. Их я более-менее хорошо знаю и люблю, потому что давно слушал. Остальные начал расслушивать недавно. Приятный парадокс в том, что нет альбома, в котором бы не было охуительных песен.

Вот, Например, Walk Into Light 83-го года. Вступительная вещь, Fly by Night вштыривает с первого раза и навсегда.

Если хочешь особенно клёвую флейту - такая есть в Passion Play, на что и название намекает.

Или, вот, следующий после Акваланга, 72-го года Living In The Past. Есть там простейшая, сочинённая явно по-накурке, и потому точнейшая и изящнейшая Singing All Day. В общем, надеюсь, тебе хватит информации, чтоб вкусить плодов этой группы.

meatt

Живущий здесь




Отправить личное сообщение для meatt

Сообщений: 1261

Комментариев: 644

Оценок: 2

Треков: 16

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 20/03/10 5:45 »

2 dj_afonya
Кроме упомянутой Васей Thick as a Brick,слушай пластинки War Child,Songs from The Wood,Minstrel in the Gallery,Heavy Horses и,конечно-же,бессмертный Too Old to Rock And Roll, Too Young to Die...

Кстати,у Джетро Талл нет пластинки Walk into Light,это первый сольник Андерсена,довольно спорный...

Jethro Tull - Too Old To Rock'n'roll,Too Young To Die...

Jethro Tull - Living in the Past(фан-видео)...


_________________
МЯСО на SoundCloud ...

ПУТЬ В ТИБЕТ...
СОХРАНИМ ТИБЕТ!

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 20/03/10 8:53 »

Вася, Михаил - благодарю!

Да спасут нас от безвкусицы безлимитный интернет и торрент-трекеры!


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

AquaDark

Мастер




Отправить личное сообщение для AquaDark

Сообщений: 3112

Комментариев: 287

Оценок: 29

Треков: 31

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 20/03/10 9:21 »

В Passion Play есть мозговырывающая сказка о том, как заяц потерял свои очки. Причем мозги она вырывает стопроцентно, даже если текста не понимать.
А лучшая песня, на мой взгляд, конечно Aqualung. Минут пять там, или около того, а сколько всего сказано...
Jethro Tull у меня в "избранном" уже лет двадцать.


_________________
В теории нет никакой разницы между теорией и практикой. Но на практике она есть.

Vaska

Живущий здесь




Отправить личное сообщение для Vaska

Сообщений: 584

Комментариев: 514

Оценок: 0

Треков: 52

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 20/03/10 11:00 »

да, сказочка жжёт про зайца :)

Гость







Сообщений:

Комментариев:

Оценок:

Треков:

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 20/03/10 14:08 »

Ох, спасибо за Джеттро Талл =) Мега - вещь )

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 03/04/10 15:14 »

«ГЕНЕЗИС» - КОЛЛЕКТИВ ИЗ ЗАЗЕРКАЛЬЯ

Источник: «Комсомолец Кузбасса»
Автор: А. Троицкий
Дата: 31.05.1980 год


Что стало с так называемым «прогрессивным роком» в конце 70-х годов? Ушли в небытие «Кинг Кримсон» и «Генератор Ван Дер Граафа», понемногу теряют свою популярность «Эмерсон, Лэйк и Палмер», «Джетро Талл»; полулетаргическое существование ведут «Пинк Флойд» и «Моди Блюз»; «Оркест электрического света» процветает, но на ниве коммерческой музыки…
Пожалуй, только один ансамбль – «Генезис» - из всей этой некогда славной плеяды продолжает не только активно творить, но и пользоваться успехом у публики и уважением критиков.




В числе причин такого постоянства можно назвать необыкновенную гибкость музыкальной доктрины «Генезиса» - здесь не только банальная «классика а-ля рок», но и мотивы средневековой музыки, и незамысловатые, вполне годящиеся в шлягеры, мелодические линии, а особенно в последнее время элементы современного электронного джаза в духе «Сводки погоды». Другое несомненное достоинство группы – серьезнейшая работа над текстами песен, стремление придать каждому сочинению глубокий символический смысл. Однако главное отличие «Генезиса» от большинства популярных групп – коллективизм. За всю историю «Генезиса» из его рядов никогда не выделялся «лидер», диктующий свои музыкальные вкусы, или исполнитель – «звезда», заглушающий все своими виртуозными соло.



Все участники ансамбля пишут и музыку и стихи. На раннем этапе все песни вообще писались сообща – каждый добавлял что-то от себя в общий котел. Вот как Стив Хэкетт, гитарист «Генезиса», недавно покинувший группу, описывает историю создания песни «Наблюдающий за небесами», одной из самых популярных в репертуаре ансамбля: « Текст был написан Майком Резерфордом (бас-гитаристом) и Тони Бэнксом (органистом). В его основу легли впечатления от поездки в Италию… Тони написал и вступление, адажио. Вся ритмическая схема была разработана Филом Коллинзом (ударник), а главную мелодическую линию сочинил певец Питер Габриэл».
Большая часть композиций «Генезиса» последнего времени – индивидуальные сочинения, однако принцип авторского равноправия оставался незыблемым, каждый из музыкантов ансамбля воплощает свои идеи.
С наиболее известными «классическим» вариантом «Генезиса» мы уже мимоходом познакомились. В начале своего существования, однако, группа выглядела по-иному. Трое друзей-одноклассников из закрытой привилегированной школы Чартерхауз, упомянутые выше Питер и Тони, а также гитарист Энтони Филипс организовали ансамбль «Садовая изгородь». Несколько позже к нему присоединились М. Резерфорд и ударник Джон Мейхью. Это было в 1966 году. Группа не распалась и после того, как ее участники закончили школу и поступили кто в университет, кто в художественное училище в родном Лондоне. Было написано несколько десятков песен и, наконец, в конце 1968 года ансамбль берет под опеку Джонатан Кинг, тоже бывший выпускник Чартерхауза, ставший известным продюсером, композитором, певцом, владельцем фирмы «Ю.К.» и т.д. Он придумал новое название для группы и записал ее первый альбом. Песни, несшие явный отпечаток «Битлз», звучали очень беспомощно и ни на кого не произвели впечатления. И Кингу, и фирме «Дека» группа показалась бесперспективной, и контракт с ней на следующий год возобновлен не был. Ребятам было по 19 лет. Школьный «командный дух» поддержал ансамбль в трудную минуту. Вскоре был подписан контракт с небольшой, ориентированной на неортодоксальный рок фирмой «Харизма». Собственно с этого момента и начинается реальная история «Генезиса». Была выпущена синглом и имела определенный резонанс песня «Нож» с этого альбома.
«Генезис» прогрессировал стремительно. Наверное, этому способствовали и изменения в составе: на место Мэйхью и Филипса пришли Фил Коллинз и Стив Хэккет. Группа начинает активно гастролировать, причем каждый ее концерт обставляется, как настоящий театральный спектакль. О «Генезисе» начинают говорить по всей Англии, как о талантливом и самобытном коллективе. Эту репутацию в полной мере подтверждает их следующий диск – «Преступление в детской».



Стиль и творческий почерк «Генезиса» уже можно считать полностью сформировавшимся. Ансамбль называют «самой английской из английских групп». Характерный юмор, эксцентризм, склонность к парадоксам, всепроникающая ирония, наконец, роднят творчество «Генезиса» и с английским фольклором, и с литературными традициями этой страны. Особенно часто проводится аналогия с Льюисом Кэрроллом. Гротескный, причудливый мир «Алисы в Стране Чудес», где тесно переплелись фантасмагория и обыденность, где все полно иносказаний, символического смысла и в целом напоминает изысканную, но веселую интеллектуальную игру, в самом деле очень близок образному строю «Генезиса». Кстати, центральная песня с «преступления в детской», остающаяся до сих пор самым популярным номером, «Музыкальная шкатулка» была написана по мотивам Кэрролла.
Каждый новый альбом группы, очередное концертное турне становится событием. Популярность «Генезиса» быстро растет и в Англии и за ее пределами. Все менее сказочной, более острой становится тематика песен. Сюита «Ужин готов» («Фокстрот»), основанная на идее о втором пришествии Иисуса Христа, тонко (и цинично, как писал один из возмущенных критиков) высмеивает религиозно-мистический бум. «Продажа Англии по фунту» - сатирико-аллегорическая картина общества потребления. Наконец, «Заклание агнца на Бродвее» - сюжетное произведение, вполне конкретное, описывающее жуткое путешествие молодого пуэрториканца по нью-йоркскому «дну», заканчивающееся его гибелью, злободневная социальная проблематика здесь вышла на первый план, и казалось, что времена адаптаций Кэрролла ушли для «Генезиса» в прошлое…Последние диски ансамбля имели уже всемирный успех, а сценическая постановка «Агнца на Бродвее» произвела настоящую сенсацию в музыкальном мире. Среди этого ажиотажа Питер Габриэл, актер-вокалист и, бесспорно, самый известный человек в «Генезисе», объявил о своем уходе из группы. Нет, он не собирался тогда делать сольную карьеру или собирать новый состав – просто устал, устал от музыки. И вновь судьба группы висит на волоске. Было прослушано несколько десятков вокалистов, и ни один из них не устроил «Генезис». Тогда место у микрофона занял ударник Фил Коллинз. Голос, манера пения его и Гэбриэла оказались почти идентичными. И публика как будто и не почувствовала замены – популярность «обезглавленного», как поначалу писали критики, «Генезиса», не поколебалась и продолжала расти. «Трюк с хвостом», первая пластинка квартета, была названа лучшим альбомом года, а вскоре титула лучшего ансамбля удостаивается и сам «Генезис».



Споры о том, выиграл или проиграл «Генезис» от ухода Гэбриэла, ведутся до сих пор. С оной стороны, группа стала собраннее, гибче и разнообразнее в музыкальном отношении. С другой – «Генезис» сделал шаг назад в тематике песен, вернувшись снова к символизму, английскому острословию и абсурдным сюжетам. Поэтический талант Гэбриэла оказался невосполнимым. Все-таки как вокалист Коллинз «не дотягивает» до столь богатого нюансами, драматического и искреннего исполнения, которым славился его предшественник.
Трудности с «арендой» ударников (их в «Генезисе» сменилось уже несколько – в том числе Бил Браффорд из «Йес») привели к тому, что «Генезис» стал меньше гастролировать. Чтобы не терять время и практиковаться в игре, Фил Коллинз организовал «на стороне» инструментальный ансамбль «Брэнд Икс», ставший одной из популярнейших джаз-роковых групп Англии.
В 1977 году «Генезис» покинул Стив Хэккет, он избрал сольную карьеру. Ансамбль стал трио, но все равно пока не подает признаков распада. Майк Резерфорд взялся исполнять гитарные партии, однако и это временно…
Сейчас ансамбль ищет нового гитариста с тем, чтобы после долгого перерыва вновь вернуться к концертной деятельности.


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

meatt

Живущий здесь




Отправить личное сообщение для meatt

Сообщений: 1261

Комментариев: 644

Оценок: 2

Треков: 16

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 03/04/10 15:28 »

Афоня,ты просто МОЛОДЕЦ
За Дженезис-огромное спасибо
Жду теперь материал про сольное творчество мистера Питера Габриеля...
И про группу "Прогноз Погоды"(Weather Report)

Genesis-Abacab...


_________________
МЯСО на SoundCloud ...

ПУТЬ В ТИБЕТ...
СОХРАНИМ ТИБЕТ!

dj_afonya

Гуру




Посетить сайт Отправить E-mail пользователю dj_afonya Отправить личное сообщение для dj_afonya

Сообщений: 1121

Комментариев: 482

Оценок: 7

Треков: 4

Re: ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ:)
« Дата: 06/04/10 17:27 »

2 meatt

Миха, как говориться, спешл ту ю!
Статья об охринительной банде "Прогноз погоды"!!!!

«ПРОГНОЗ ПОГОДЫ»: ПО-ПРЕЖНЕМУ БЕЗОБЛАЧНО…

Источник: польский журнал «Мелодие»
Автор: Любомир Доружка
Дата: 1978 год


Один австриец, один американский негр, один белый американец из Флориды, один пуэрториканец и один перуанец – так выглядит нынешнее подобие группы, которой критика и публика присуждает одно из ведущих мест в джазе 70-х годов. Называется она «Уэзе Рипорт» или «Прогноз погоды».



Название это объясняют различными способами. Согласно одной версии, группа имеет тенденцию менять ориентацию и стиль так же, как меняется погода, согласно другой – музыка коллектива воздействует на людей так же непосредственно, как и погода. Оставим это на их совести. Члены ансамбля хотя люди действительно мыслящие, однако вполне возможно, что здесь нужно искать не сложную символику, а просто отвлеченное понятие, которое группа взяла себе в название, когда семь лет назад они собрались вместе…


ДАЛЕКАЯ ПРЕДЫСТОРИЯ
Международное смещение современного содержания музыки отвечает, видимо, наилучшим образом взглядам «венского» руководителя «Прогноза погоды» - Джо Завинула – пианиста и исполнителя на клавишных инструментах. По его мнению самые значительные произведения создаются на основе синтеза рас и культур.
- «Возьмите, к примеру, Австро-Венгерскую империю… Это было государство, словно США в миниатюре, в него входили выходцы из разных стран. Здесь жили чехи, венгры, сербы, хорваты, некоторые народы Азии. Все эти народности собрались тогда в единой плавильной печи и называлась она Вена. Таким образом возник совершенно новый мир и новый способ мышления».
И Джозефа Завинула, выпускника венской консерватории, американская критики действительно принимает как представителя великих среднеевропейских традиций, перед которым критика постоянно имеет мелкие комплексы собственной неполноценности.
Эти комплексы, конечно, не заходят настолько далеко, чтобы начисто отвергать в Америка каждого джазмена, приезжающего из Европы. Однако, чтобы европейца приняли, он действительно должен что-то уметь.
Завинул приехал в США в 1959 году, так же, как и ряд других европейцев после него – за счет стипендии Школы Беркли. Учиться ему уже не хотелось: к этому времени у него за спиной была консерватория и семь лет работы профессиональным музыкантом. Однако стипендия была единственно возможным путем, чтобы попасть в Америку. Уже на второй день после приезда он заявил господину директору, что его заведение уже не может дать ему ничего существенного. Американские музыканты в этот вечер испытали Завинула в клубе Джона Уэйна. Уже на третий день после приезда он играл на фортепиано в большом оркестре Мэйнарда Фергюссона. Там же он впервые встретился с саксофонистом Уэйном Шортером, однако их пути вскоре разошлись: Шортер ушел в «Джаз Мессенджерс» Арта Блэйка, а Завинул некоторое время сопровождал Дина Вашингтона, а затем перешел к Кэнобаллу Эддерли.
Дальнейшие встречи состоялись там, где готовилось «новое звучание» 70-х годов, в студийных группах Майлза Дэвиса. Шортер уже с 1964 года был регулярным членом комбо Дэвиса, Завинула же маэстро пригласил к сотрудничеству на своих революционных студийных композициях. В 1970 году обстоятельства сложились таким образом, что Завинул и Шортер оказались свободны, ровно как и третий член состава, выдающийся басист Мирослав Витоуш. В мире появилась, таким образом, новая группа…




СЕМЬ ПЛОДОТВОРНЫХ ЛЕТ
Завинул и Шортер так и остались во главе ансамбля с того времени и до наших дней. Ритмы менялись, а лидеры вновь и вновь искали партнеров, с которыми можно было достичь наибольшего взаимопонимания. Эти поиски нашли свое отражение на семи долгоиграющих пластинках, вышедших на сегодняшний день. Все они были выдающимися, каждая из них обучила в свое время немалое число музыкантов и слушателей. Критика отмечала, что между четвертым и пятым альбомами проблемы новой ритмической концепции проявились наиболее сильно и Завинулу их пятый альбом – «Тэйл спиннинг» - нравится менее остальных.




Однако и в нем достаточно выдающейся музыки. В некоторых анкетах его даже называли пластинкой года.
На четвертом альбоме, названном «Мистериос Трэвелле», мы встречаемся с басистом Альфонсо Джонсоном, который в отличие от европейской виртуозности своего предшественника (Мирослава Витоуша – ЧССР) принес в ансамбль ритм-н-блюзовые фигуры. Однако музыканты почувствовали, что из этих фигур бас-гитары нетрудно сделать клише, что не удовлетворяло их музыкальные принципы. На шестой пластинке под названием «Блэк Мэкит» («Черный рынок») уже играет Джо Пасториус – новый идол басовой гитары, которая, по утверждениям критиков, своим тоном и напевностью объединяет людей.



Свою карьеру Пасториус начал ударником, что свидетельствует о его хорошо развитом чувстве ритма, который был «занесен» к нему с Карибского моря.
На последнем, седьмом альбоме группы – «Плохая погода» - вся группа представлена в современном составе.



Маноло Бадрена (ударник школы Пасториуса) – пуэрториканец, игравший ранее на судоходных линиях в Майами. Александр Асуна, который играет на бонгах и дополнительных ударных инструментах, прибыл в Америку из Перу также через Пуэрто-Рико. По своему происхождению ритмика, таким образом, явно карибская, однако игра ансамбля далека от огульного соединения джазовой «верхушки» с латиноамериканским «низом», которое сегодня можно довольно часто услышать. Наоборот, принципиальной чертой их музыки является неделимая цельность единого куска. Немногие ансамбли современного джаза имеют такой же комплексный и совершенно интегрированный характер, каким обладает «Прогноз погоды».
Подобное свойство Завинул и Шортер, помимо всего прочего, переняли там, где джаз 70-х годов начинался – в первую очередь у Майлза Дэвиса, сотрудничество с которым удовлетворило и другие их принципы. Например, подчеркивание широкой идейной, чувственной и человеческой сферы, которые каждый из музыкантов «Прогноза погоды» приносит в свою игру. Завинул и Шортер много читают, интересуются философскими проблемами, пытаются разобраться в тех или иных закономерностях и взаимосвязях. «Профессиональный» философ определил бы их взгляды, как дилетантские и поверхностные, выражаемые, как правило, мимоходом. Однако их отношение к волнующим проблемам обладает определенным оттенком, а именно – стремлением увидеть глубинную суть вещей в несколько аналитическом плане, который, однако, никогда не приводит к сухости, а остается вечной великой игрой.
В композициях, которые построены не на подобных понятиях музыкального исполнения, важна каждая мелочь, которая открывается во время игры.
«Я научился применять вещи не из музыки, а из того, как Майлз осуществлял грамзапись» - вспоминает Завинул. «Магнитофон крутился все время без остановки, чтобы не могло случиться, чтобы какой-то нюанс игры был утерян».
«Таким образом всплывали наилучшие фрагменты, когда музыканты собирались вместе и начинали прослушивать эту фонотеку. Майлз – руководитель ансамбля, однако он руководит настолько непосредственно, что вы никогда не чувствуете, что кто-то что-то хочет вам втолковать. В студии вообще было мало разговоров. Люди скорее там жили чувствами».
Подобным же способом работает и «Уэзе Рипорт». При выступлениях на концертах (на что они решились только после второго альбома, ибо до этого времени ансамбль работал только в студии) – их музыка на 3\4 состоит из импровизаций. У них отсутствуют заранее подготовленные пассажи, как краеугольный камень каждой композиции. Однако, когда исполняется любое сочинение, ни один из музыкантов не может сказать, когда, собственно, появился этот пассаж. «Если во время исполнения вы будете слишком стараться представлять себе музыку, то вы просто разучитесь играть. Это как с водой: вода есть нечто, о чем рыба не подозревает» - говорит Уэйн Шортер.
На пластинки они всегда записывают совершенно новые сочинения, с которыми музыканты впервые встречаются в студии. Кое-что из них записано заранее, однако эти записи, опять таки, представляют собой вольные импровизации. Так, композиция Завинула – «Нубийский танец Солнца» (из альбома «Мистериос Тревеллер») – возникла, как клавишная импровизация, зафиксированная на записи. Завинул к ней впоследствии вернулся и инструментовал для всей группы. В «Книге джунглей» из этой же пластинки все получилось еще выразительней. Запись на магнитофон, которую Завинул произвел у себя дома на обычном пианино, легла в основу окончательного варианта произведения. На заднем плане слышится смех и плач его детей. К этой основной записи Завинул впоследствии сам наиграл партии на остальных инструментах: калимбе, гитаре, глиняном горшке, тамбурине или маракасах, к нему присоединились и коллеги на деревянных духовых инструментах, таблах и прочем, кто во что горазд…



На пластинке с трудом можно определить, кто на чем играет, однако неоспоримо, что была создана атмосфера интимного окружения. Другие произведения рождались из отрывка, тему которого расширяли отдельные члены ансамбля: басисту в голову приходила интересная басовая фигура, саксофон над ней создавал мелодию, ударник придавал новый ритм, синтезатор обогащал музыкальную ткань встречной мелодией.


ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ РЕЦЕПТ: РАЗНООБРАЗИЕ И ЦЕЛЬНОСТЬ
Конечным результатом того, что мы слышим, кажется является то, каким именно способом возникла композиция. Здесь нет длинных сильных партий, где музыкант «вариться». Скорее они неутомимо играют «вместе». Вот это то и является отчасти наследием нового Майлза Дэвиса. Уэйн Шортер вспоминает свой переход из «Джаз Мессенджерс» к Майлзу: «Это уже не была работа «с бухты-барахты», как мы играли у Блэйка, где каждое соло было новой вершиной. У Майлза я чувствовал себя словно виолончель или скрипка, чувствовал, что начинаю растекаться, словно плавная линия – и из этого неожиданно начинают раскрываться краски».
Приблизительно так же выглядит и музыка «прогноза погоды». Ритм везде имеет правильную структуру, однако вместе с бонгами, тамбурином или другими ударными инструментами он образует несколько скрещивающихся ритмических полос. При смягчении басовой партии теплеют и барабаны, синтезатор ведет партию в соответствии с саксофоном, пассажи акустического фортепиано постоянно оттеняют и совершенствуют меняющиеся звуки, текст постоянно изменяется.
здесь присутствуют прозрачные звуковые места, которые человек определил бы как «электронную тишину»: некоторые инструменты появляются из пустоты и остаются в ней висящими, подобно одинокому рожку из 10-й симфонии Шостаковича или свирели в «Осуждении» Стравинского…
Кое-где в других местах голоса приносят в унисоновый мотив необычные мелодические скрещения и ритмическую раздробленность, состоящую из кратких, отрывочных, длительное время повторяющихся, а кое-где достигающих настойчивости звуков. Кое-где некоторые электроклавишные инструменты объединяются с сопрано-саксофоном и образуют аккордные рифы, которые по точности фразирования напоминают традиции биг-бендов.
Иногда вместе играют четыре сольных инструмента, которые по своей пластической выразительности напоминают смычковый квартет – не в полифонии, а скорее во взаимном дополнении, местами почти пунктуальнейшем. В другом месте фактура ломается, присоединяются другие голосовые фрагменты, другие ритмические пояса, увеличивается градация. Ансамбль, попросту говоря, в совершенстве овладел тем, что в спорте называется «изменением темпа игры».
Некоторые композиции порой словно выныривают из электронных элементов и по завершении снова в них исчезают. Кое-где, в соответствии с настроением, примешиваются аплодисменты и атмосфера живого выступления. На последнем альбоме все это отражается в относительно кратких сочинениях, что становится совершенно понятным, если принять во внимание высокую требовательность слушателя к музыке. Вступительная композиция «Бердлэнд» могла бы звучать на танцевальной дискотеке или из нее мог бы получиться долгожданный хит. Может быть в этом есть своего рода балансирование, при котором украдкой зондируется почва о возможности успеха у более широкой публики. Однако сам факт поддержания постоянного баланса достоин уважения.





И, НАКОНЕЦ, ПОСЛЕДНИЙ ВОПРОС…
Истоки успеха могут быть различными. Дж. Э. Беренд недавно написал интересную статью о том, как с ним работают джазовые музыканты. В начале своей карьеры «Уэзе Рипорт» работали три месяца в году. Этого времени хватало на запись одной пластинки и поддержания необходимого контакта со зрителем при небольшом количестве выступлений.
- «Остальное время отдаю творчеству, семье, путешествиям и жизненным развлечениям. Каждый член ансамбля рад проводить время дома. Мы должны упражняться в мастерстве. Хочется научиться играть и на других инструментах. Во время турне этим заниматься некогда. Человек там не может совершенствоваться» - говорил Завинул.
Сейчас срок выступлений длится от 5 до 6 месяцев – успех просто вынуждает совершать более длительные турне.
Что будет дальше? Как сказать…
Однако в прошлом году Завинул заявил: «Мы не стремимся заработать как можно больше денег, лишь бы их хватило, чтобы удержаться на поверхности и не утонуть. Мы не хотим быть богатыми. Мы просто хотим быть счастливы! Если бы мы одновременно натолкнулись на клад, то отказаться от него также противоречило бы нашим помыслам. Однако и без него моя жизнь в полном порядке».


_________________
Читай: журнал AFONYAMAGAZINE :)

Страница: « 1 ... 5 6 7 8 9 10 » Новая тема Ответить


ReasonMusic.ru - Создание музыки в Propellerhead Reason